– Все с ними в порядке. Эльфийку еще утром домой забрали. Целая делегация эльфов порталом пришла. А эту, как ее…
– Иния, – подсказала я.
– Да, Инию, – госпожа Селифания нахмурилась, словно пыталась что-то вспомнить. Но вот морщина на ее лбу разгладилась, взгляд прояснился. – Она отказалась от дальнейшей учебы. Вроде как родители ей нашли жениха.
Я вышла из здания лазарета, ошеломленно покачивая головой.
Значит, слухи, которые передала Арика, не лгали. Девушки исчезли, и только ректор знал, живы ли они до сих пор.
Но если за Арианой прислали целую делегацию, то можно надеяться, что ее все же спасут. Она ведь младшая внучка эльфийского короля, а эльфы – лучшие целители. Их магия лечит все, даже урон, нанесенный темными силами. Правда, не воскрешает.
А Иния… что ж, я сделала все, что могла. Надеюсь, Комиссия докопается до правды и найдет настоящего преступника.
Остаток дня я провела в библиотеке, изучая драконов. Мне не давала покоя странная власть Айзена надо мной. И то загадочное сияние его глаз…
Я словно растворялась в этом сиянии, когда он смотрел на меня. До сих пор жутко и сладко от того ощущения. Чувствовала, как теряю собственную волю, как тело становится слабым, податливым, а мысли вялыми, будто мухи в меду.
И в то же время часть меня хотела снова испытать то влияние. Стать безропотной, слабой, беспомощной мошкой в когтях дракона. Почувствовать его силу и власть.
Мне стало жарко. Я вздрогнула, толкнув локтем лежащую на краю стола книгу. Она упала, и резкий звук привел меня в чувство.
Что за дурацкие мысли? Это точно какое-то наваждение!
Впрочем, ответ быстро нашелся.
Хоть мне были недоступны учебники старших курсов, но в одной из книг для первого курса автор вскользь упомянул такое явление как “зачарование”. Только у драконов королевской крови есть этот дар. Они могут заставить своих подданных испытывать любые необходимые чувства. От любви и желания до ненависти или бесстрашия. Очень удобно, если хочешь затащить кого-то в постель или заставить геройски погибнуть.
Но есть небольшой нюанс. Точнее, два.
Сильнейшим зачарованием обладает сам король, потом идет его наследник. У младшего принца и других членов семьи этот дар намного слабее. А действует он только на тех, в ком есть хоть капля драконьей крови.
Значит, Айзен намеренно использовал зачарование на моей драконьей половине!
Сначала, чтобы вырвать меня из сна, а затем, чтобы… поставить на место?
Он ведь мог заставить меня сделать все, что ему угодно. Но не стал. Только дал понять, как далеко простирается его власть надо мной.
Это заставило меня вспомнить, что он не просто студент-старшекурсник. Он – будущий король этой страны.
“Про старшего принца ходят страшные слухи! Говорят, он очень злопамятный!” – пронеслись в голове слова Арики.
Не зря она опасалась проблем из-за моего столкновения с Айзеном. Только, похоже, проблемы возникли не у нее, а у меня.
А вечером выяснилось, что кто-то распускает слухи по Академии, будто это из-за меня пострадали Ариана и Иния.
Судя по тому, как вызывающе поглядывала на меня Эльза за ужином, эти сплетни были ее рук делом. Я не стала с ней ругаться. Любая попытка защитить себя выглядела бы как оправдание. А оправдывается только тот, кто и вправду виновен.
Следующий день тоже был выходным. Вторым в десятидневной учебной неделе. Его я провела в библиотеке, усиленно готовясь к зачетам. У меня был план: даже если не сдам практику, то хотя бы по теории получу высшие баллы. Тогда Драмиэлю не придется краснеть за меня.
Наконец настали учебные дни. В Академии стало непривычно тихо – старшекурсники отбыли на практику. Эльза меня больше не трогала, только ходила вся горделивая. Будто уже вышла замуж за принца.
А потом прибыла та самая Комиссия, состоящая из шести дознавателей высшей категории. Там были три женщины и трое мужчин. Они по-хозяйски заняли кабинет ректора и стали вызывать к себе всех студентов по одному. Начали с оставшихся невест и их помощниц, так что я тоже не избежала этой участи.
Я шла на допрос со все возрастающим чувством тревоги.
Девушки, которые возвращались оттуда, не помнили, о чем их спрашивали. Видимо, дознаватели намеренно стирали их память. Это меня очень пугало. А вдруг они читают воспоминания? Тогда от моих воспоминаний у них точно будет шок, а у меня – инфаркт миокарда.
Из-за волнения даже ладони вспотели. И ректора, как назло, нет! Вот надо было ему отправиться в Оренволд вместе со старшекурсниками? Неужели там бы не справились без него?
Я замешкалась в приемной. Госпожа Гилли бросила на меня ободряющий взгляд:
– Не переживайте, это просто формальность.
– Ага, – я сглотнула слюну, ставшую горькой и вязкой.
В этот момент дверь в кабинет ректора распахнулась. Оттуда стремительно вышла Элегия Бастерс. Увидев меня, резко остановилась и нахмурилась.
– Здравствуйте, магистр Бастерс, – пропищала я, бочком просачиваясь мимо нее.
Вместо ответа травница вцепилась в мое плечо и завопила:
– Вот! Эту студентку застали на месте преступления! Требую допросить ее с особым пристрастием!
Я поморщилась. Она ведь закричала мне в самое ухо.
