Силуэт существа на крыше надвратного укрепления привлек к себе внимание офицера своей неподвижностью. В сиянии фонарей, по-прежнему освещавших внутренний двор, Ойра разглядел старые массивные доспехи из потемневшего от времени металла и седые подпалины, украшавшие серую волчью голову. Словно почувствовав внимание к своей персоне, оокари повернулся в сторону человека и встретился с ним глазами. И к своему ужасу Кай осознал, что во взгляде чудовища нет ни злобы, ни презрения, ни насмешки. Зверочеловек смотрел на последнего защитника Бхактры с уважением, и было оно настолько искренним и неподдельным, что казалось просто невероятным.
Понимая, что терять ему уже нечего, старший офицер уничтоженного гарнизона вскинул окровавленный меч, указывая острием на чужого командующего, и оокари медленно и почтительно кивнул в ответ, бросив жест в сторону единственной площади Бхактры. Пока Ойра спускался вниз и шел через крепость, никто не посмел заступить ему дорогу. Демоны следили за ним со всех сторон, рассаживались в ожидании на галереях и крышах казарм, сновали вдоль стен, но не приближались и держали оружие в ножнах. Тяжелое хриплое дыхание множества нечеловеческих глоток окружало Кая, но он, как и прежде, не испытывал страха. За прошедшие годы офицер просто отвык бояться чего-то дольше, чем первые пару ударов сердца.
Переступив через тело Рёсю, Ойра остановился в десятке шагов от вождя оокари. Старый демон, казавшийся чуть более сухим и сгорбленным, чем его побратимы, вновь, как и прежде, с достоинством и уважением поклонился воину Империи. Кай согнул спину в ответном жесте. Большинство оокари предпочитали из оружия парные "клыки", но на поясе вожака висел длинный даксменский тесак, такой же темный, древний и причудливо изукрашенный, как и доспехи чудовища.
- Я прикажу моим фер"на"тот отпустить тебя, человече, - слова на языке горного народа, искаженные рычанием монстра, вырвались из пасти зверочеловека. - Если ты сумеешь одолеть меня в этом поединке.
- Не пойдет, - покачал головой Ойра, прекрасно овладевший речью даксменов за время службы. - Если я окажусь победителем, то пусть тогда со мною бьется тот, кто считается сильнейшим среди вас. А за ним следующий, и следующий, и следующий...
Губы человека исказила усмешка, а оокари, закинув морду, издал протяжный вой, после чего громко зарычал, оборачиваясь по кругу и указывая лапой на Кая. Едва он закончил, и к небесам взметнулся многоголосый хор демонических завываний. Теперь на Кая Ойра смотрела с уважением уже каждая пара звериных глаз.
- Ты истинный фер"на"тот, - рыкнул вожак, обращаясь вновь к человеку. - Я с гордостью буду вспоминать нашу встречу.
- К делу, - бросил в ответ офицер, поднимая свой меч и принимая защитную стойку.
То, что он проиграл, Ойра сумел понять уже в тот момент, когда их клинки скрестились в первый и последний раз. Назвать скорость, с которой двигался оокари, очень быстрой, значит, не сказать и десятой доли правды. Безупречные движения старого демона были запредельны для человеческого тела в самой своей основе, а те опыт и практика, что ощущались в грации монстра, были накоплены не за одно столетие. На развороте лезвие тесака ударило Ойра в шею, разрывая кольца байданы и уходя глубоко внутрь.
Упав на холодные плиты, Кай сделал судорожный вдох через пробитое горло. Последнее, что он видел в своей жизни, было звездное небо и волчья голова с седыми подпалинами, склонившаяся над ним. Длинные пальцы с кривыми когтями бережно коснулись лица человека и аккуратно закрыли остекленевшие глаза Синего Мечника Кая Ойра.
