Так говорил Егор Гайдар полностью

В результате под нажимом Сталина возобладала линия на свертывание элементов рынка и полное огосударствление экономики. НЭП был отменен и в ход пошло прямое принуждение, как в «классических» восточных деспотиях. Хлеб у крестьян снова начали просто отнимать. Организационно это было оформлено путем коллективизации, что вполне соответствовало политическому курсу большевиков, многие из которых понимали опасность развития рыночной экономики для их власти. Отнятый хлеб шел на экспорт, полученные средства вкладывались в создание государственных предприятий. Средств этих все время не хватает, у крестьян отбирают все больше. В 1931 году на Украине, Северном Кавказе, на Нижней Волге изымают 40 % валового сбора зерна. Объем экспорта зерна возрастает с 2, 1 миллионов тонн в 1927 году до 5, 2 миллионов тонн в 1931 году. На селе не остается не только запаса на случай неурожая, но даже на сев в следующем году. Да и на текущее пропитание не хватает, тем более что выращивать, чтобы у тебя отняли, смысла нет.

Крестьяне отвечают сопротивлением, но власть подавляет его беспощадно. В подавлении участвуют не только войска ОГПУ, но и части Красной Армии. Если в начале 1920-х годов большевикам в их политике изъятия ресурсов у крестьян пришлось отступить, столкнувшись с угрозой потери власти, то в конце 1920-х – начале 1930-х годов они получили возможность довести эксперимент по определению максимального объема изъятия ресурсов из деревни до конца.[63] Результатом этого «эксперимента» стал страшный голод 1932 – 1933 годов. Наиболее распространенные оценки числа его жертв – от 7до 8 миллионов человек. Историки спорят, был ли этот голод осознанным средством сломить сопротивление крестьянства коллективизации, или это была «просто» ошибка в определении возможных размеров изъятия.

Но бесспорно то, что после голода сопротивление прекратилось. И индустриализация продолжалась. Выбор был сделан. Причем, тот факт, что начавшаяся высокими темпами индустриализация в Советском Союзе и формирование современной для того времени индустриальной структуры проходили на фоне кризиса мирового капиталистического хозяйства, сыграл исторически важную идеологическую роль. В силу информационной закрытости советского общества истинная цена перемен была мало известна в стране и в мире. Это на десятилетия обеспечило социалистической модели развития интеллектуальную привлекательность.[64] Никто не знал, что индустриализация идет за счет нового закрепощения крестьянства. Отказ от частной собственности, от регулирующей роли рынка на фоне формального равенства, жесткого политического контроля и мессианской идеологии, сулящей воздаяние завтра за воздержание и самоотверженный труд сегодня[65] – вот характерисики строя, сложившегося в СССР. Такая модель на ранних этапах индустриализации, при значительном (выше 50 %) сельском населении позволяет достичь сравнительно высоких темпов. Главный инструмент, применение которого снижает уровень жизни населения и позволяет мобилизовать средства на нужды индустриализации – государственное принуждение.[66]

Но срок успешного действия такого механизма, как показывает опыт, ограничен. Со временем выявляются его пороки – отсутствие стимулов к труду и к повышению его производительности, трудности планирования, повышенная ресурсоемкость. В сельском хозяйстве нарастает кризис, обрабатывающая промышленность неконкурентоспособна. Все это и приведет со временем советскую экономику к краху, причины которого сформировались именно в период ликвидации НЭПа.