— И, честно говоря, Тайлер, я рада, что ты в конце концов признался. Я надеюсь, что ты сможешь понять, что происходит с тобой. Я надеюсь, что тебе окажут помощь и помогут изменить тот образ мыслей, который привел тебя к тому, что ты набросился на меня. Истерзал меня до крови. Я надеюсь, что у тебя есть шанс в один прекрасный день стать тем человеком, которым я тебя всегда считала, а не тем, который сидит сейчас передо мной.
Она смотрела мне в глаза все то время, пока говорила последнюю фразу, и я кивнул ей, надеясь, что она поняла, насколько серьезно я отнесся ко всему, что она говорила. В этот момент я дал себе обещание, как в ту ночь, когда она стреляла в меня. Я начну лечиться у доктора Филипса как можно быстрее. Я должен понять, почему не был способен услышать ее мольбы, оглушенный собственным желанием и убеждением, что мы были созданы друг для друга. И что заняться сексом было нашим обоюдным желанием, даже несмотря на то, что она просила меня остановиться. Я сделаю то, о чем просила Эмбер, — серьезно отнесусь к лечению. Попытаюсь понять, как я мог прожить всю жизнь, не желая быть таким, как мой отец, а закончил тем, что сделал то, что сделал бы он. Я попытаюсь разобраться, в какой момент ход моих мыслей изменился. Я честно расскажу обо всей глубине своего тревожного расстройства. Я с готовностью начну принимать препараты, если доктор сочтет это нужным. Мне нужно будет сделать все возможное, чтобы никогда больше я не причинил никому таких страданий.
— Благодарю вас, мисс Брайант, — сказала судья и дала указание включить показания Эмбер в официальный протокол по моему делу. Спустя несколько минут после того, как я поднялся и официально объявил себя виновным, Питер пожал мне руку и сказал, что свяжется со мной через несколько дней, чтобы мы могли подписать официальные бумаги. Я обернулся посмотреть на маму и на Мейсона, которые тоже поднялись со своих мест. Мама обняла меня, а я похлопал ее по спине.
— Все будет хорошо, — сказал я, она кивнула, шмыгнула носом и выпустила меня из своих объятий.
— Мне пора на работу, — сказала она. — Поговорим вечером. — И она направилась к двери, стараясь не смотреть ни на одного представителя семейства Брайантов, которые стояли неподалеку. Том и Элен обнимали Эмбер за плечи. А спустя несколько минут они тоже ушли, без единого взгляда в моем направлении.
— Итак, — тихо сказал Мейсон, стоя напротив меня.
— Итак, — отозвался я. — Спасибо, что пришел. Это многое значит для меня. — Он кивнул, но больше ничего не произнес, так что я снова заговорил: — Знаешь, мне очень жаль, что все так вышло.
Я пристально посмотрел ему в глаза, чтобы он понял, как много значила для меня наша дружба. Надеясь, что он поймет, что я говорил не только о том, что я сделал с Эмбер. Надеясь, что он найдет в себе силы простить меня.
— Не жалей себя, — твердо сказал он. — Просто стань лучше.
— Это хороший план. — Я протянул руку, и после некоторого колебания он пожал ее.
— Удачи тебе.
Я знал, что мне была нужна не удача. А предельная честность. С другими, конечно, но прежде всего с самим собой. Это означало, что я признаю все ошибки, которые совершил, и улажу все возможные последствия. И после этого, может быть, я получу шанс начать все с чистого листа.
В первую неделю января, чуть больше месяца после того, как я выступила на суде Тайлера с заявлением, я стояла посредине своей пустой спальни в доме родителей. Я внимательно оглядывалась по сторонам, чтобы быть уверенной, что ничего не забыла, когда упаковывала вещи в коробки. Моя кровать, платяной шкаф и тумбочка были уже в машине, которую я наняла, чтобы переехать, вместе со всей одеждой и несколькими коробками домашних принадлежностей, которые понадобятся в моем новом жилище, — посуда, полотенца и все такое. Я устроилась личным тренером в маленьком тренажерном зале в Эдмондсе, очень сплоченном городке к северу от Сиэтла, и нашла крошечную студию всего в нескольких кварталах от места новой работы. Я зарегистрировалась для сдачи экзаменов в Американском университете спортивной медицины в конце месяца, и в последующие несколько лет планировала набраться опыта и создать хорошую репутацию, прежде чем подать заявление на работу в центр подготовки резерва Сихокс. На достижение моей главной мечты стать персональным тренером в команде уйдет пять-восемь лет, но я должна была начать с чего-то, так что переезд в Сиэтл был первым шагом.
За два месяца, прошедшие с того дня, когда я высадила Тайлера у полицейского участка, я проводила несколько часов в неделю на сеансах терапии с Ванессой, разбираясь с моими запутанными чувствами, касающимися всего, что произошло после июля. Еще один час я проводила с Гретой, тем специалистом из больницы, которая помогла мне столько лет назад справиться с неправильным подходом к еде. У нее была теперь частная практика, и она помогала мне и теперь, пытаясь найти другие способы борьбы со стрессами, без ограничений себя в еде.
