В 1985 году, когда я учился в Москве, в одной из курсантских компаний от москвичей, которые были близки к богеме, поступило предложение «а не хочешь ли ты сняться в кино на «Мосфильме»?» Естественно, от такого предложения отказываться нельзя. К тому же гонорар по тому времени был достаточно нехилый: 10 рублей за съемочный день. И снимался ни много ни мало «Борис Годунов» в Кремле, и снимался Сергеем Бондарчуком. В назначенный день утром я появился на проходной «Мосфильма», был направлен к гримерке. Мне определили роль купца, приклеили бороду, немножко подгримировали, выдали одежду (кафтан, малахай). В таком виде меня и еще группу таких же людей из массовки первого ряда погрузили в автобус «Икарус» с прицепом, который назывался в народе «колбаса», и повезли через полгорода в Кремль. Ивановская площадь была освобождена от ларьков. То, что нельзя было убрать, было завешано хоругвями. Прямо из храма был проложен помост, по которому на рельсах передвигалась камера, и начались съемки. Снималась сцена коронации Бориса Годунова. Идет царский ход. Мы стоим вокруг. Вдруг съемка прерывается по команде помощника режиссера. В камере появился инверсионный след самолета. Все сели отдыхать, курить, ждать, пока след развеется. И хоть день был довольно ветреный, минут 20 на это ушло. В это время сидел Бондарчук в шапке Мономаха рядом с камерой и курил Marlboro. Представляете, 1985 год, Marlboro было достаточно круто по тем временам. Потом был второй, третий дубли. При этом разбрасывались такие латунные кружки с отпечатанным известным Георгием Победоносцем — макет копейки тех времен. После третьего или четвертого дублей разбрасывания монет, которые с успехом все мы прятали по карманам как сувенир, раздается окрик помощника режиссера: «Граждане купцы, стрельцы, бояре, хватит деньги казенные пиздить. На следующий дубль не хватит». Но на следующий дубль хватило. И так прошли два съемочных дня с громадными впечатлениями, с интересными фотографиями. Интересно, что фильм этот, видимо, в условиях перестройки не пошел большим экраном, но есть ссылки в Интернете, можно посмотреть фильм и себя, кстати, я тоже несколько секунд вижу. Хотя в титрах, увы, нет.
Но эта ситуация спустя много-много лет сыграла еще одну хохму. Где-то уже в годах 2011–2012 появился в Челябинске некий театральный режиссер, достаточно провинциальный и примитивный, но со столичными амбициями, с потугами поставить «Жизни за царя» в Челябинском оперном театре. И во время одной из кухонных бесед у моей жены Натальи он поглядел на меня проницательным взором мэтра и изрек: «Я вижу тебя. Не хотел ли ты в роли миманса выступить в сцене «Народ безмолвствует» в «Борисе Годунове»? Вижу, у тебя и вид, и стать — все подходит». Я ему говорю: «Ты знаешь, я готов, тем более что я готов вернуться на большую сцену. И фактура мне знакома». Гений режиссуры был несколько ошарашен: «Как?!» «Видишь ли, я снимался в «Борисе Годунове» у Бондарчука». «У какого?» Я говорю: «Конечно, не у лысого. У настоящего, у Сергея». Произвело впечатление. Потом мы с ним разошлись по разным мотивам. И сама идея постановки «Жизни за царя» в челябинском театре с приглашением одного из отпрысков Дома Романовых, имеющего к нему достаточно сомнительное отношение, все это мне абсолютно не импонировало. Но свой след в кинематографе и в истории российской кинематографии я оставил, чем горжусь. Сниматься в «Борисе Годунове» у Бондарчука, согласитесь, не каждому мэтру современного кино удается. Ради этого стоило жить. Такова моя жизнь в искусстве.
Дядя Ваня. Орден Ленина с двузначным номером
Был у моего деда, который работал конструктором на ЧТЗ, друг дядя Ваня Александров. Я был маленький мальчик. Ну, как бы дядя Ваня и дядя Ваня. Дядя Ваня был военным, танкистом, полковником. Я уже застал его в качестве полковника в отставке. А вообще до этого он много лет был военпредом на ЧТЗ. Причем пришел на работу в 1938–1939 годах после участия в событиях в Испании. У дяди Вани за Испанию был орден Ленина. И я уже, будучи взрослым, начал осознавать, что же это за орден, что за этим стояло. Дело в том, что орден был двухзначный. Представляете себе, что значит орден Ленина всего с двухзначным номером — из первой сотни. Орден Ленина никогда не давали просто так. А в те годы в Испании первая сотня — это особенно было серьезно. Дядя Ваня участвовал в испанских событиях, в испанской войне. И орден получил за то, что после разгрома республиканцев под Гвадалахарой, он на своем танке, который был забит трупами товарищей, в течение четырех суток по жаре, по испанской пустыне пробивался к морю, к порту. Он это сделал, за что и был, как и за предыдущие подвиги тоже, представлен к этому высокому званию. Сложно представить себе, что пережил этот молодой русский парень, когда несся в одиноком танке по просторам Испании, а весь салон был забит трупами его друзей. Помимо моральных страданий можно себе представить, какой был запах, какой был дух и как было страшно тяжело в этом плане.
