Еще одна из картинок, о которой хотелось бы рассказать. Где-то в конце 60-х годов мой папа заболел, был диагностирован остеомиелит, видимо, перенесенный в детстве. Ему после операции пришлось уйти из хирургии. И считалось, наверное, так на самом деле было, что лучшим местом лечения этого заболевания является санаторий «Озеро Горькое», находящееся примерно в 80-100 км от Челябинска на территории Курганской области. И в течение нескольких лет отец ездил туда, лечился, а мы в разные периоды на разные сроки приезжали летом пожить и отдохнуть. Санаторий был организован до войны как действительно уникальное место для лечения гнойных заболеваний за счет целебной грязи. В основе лежит такое степное небольшое озеро с жутко соленой водой. Пишут, что это остаток древнего океана, который был расположен на этой территории миллионы лет назад. Наверное, правда. Вода настолько соленая, что там ничего не живет, кроме таких своеобразных зеленых водорослей, похожих на вату, которые местные жители называют няша. Но прошу обратить внимание!!! Никакой аналогии с Прокурором Крыма!!! Озеро изумительно для купания, мелкое, быстро прогреваемое, теплое. И настолько соленое! Пожалуй, я встречал только в Мертвом море более соленую воду. Очень легко и удобно было учиться плавать и собственно плавать. Посреди озера стоял плот, на котором в деревянное корыто рабочие, служащие несколько раз в неделю со дня озера вычерпывали вот эту целебную грязь. Сам санаторий представлял собой чудесное совершенно запустение довоенной постройки. Двухэтажные бревенчатые дома, бараки, маленькая столовая и доктора — или энтузиасты, или направленные после окончания мединститута для отработки обязательных трех лет. Тогда это правило вызвало возмущение. На самом деле оно было абсолютно верным. Дай Бог, если бы к нему вернулись сейчас. Работа для молодых специалистов, востребованность и решение проблем здравоохранения справедливо. И в этом плане при социализме были более честные капиталистические понятия, чем сейчас. Если ты за госсчет получил образование, знания, специальность, наверное, по-честному отработать полученную удочку, которой ты будешь пользоваться с большим или меньшим успехом всю жизнь, отработать положенное время там, где надо отработать.
Если отвлечься от темы озера Горького, большинство из моих однокурсников, кто был распределен, остались работать в этих местах, обжились и нисколько не страдают от распределения.
«Озеро Горькое» было организовано после войны как детский санаторий. В войну лечились раненые с гнойными ранениями. Надо сказать, что при дефиците перевязочных материалов и поначалу при полном отсутствии антибиотиков в качестве перевязочных материалов использовались эти самые сушеные водоросли, которые за счет насыщенности солей и стерильности великолепно справлялись с гнойными ранами, абсорбируя на себя гной, детрит тканей, они пользовались очень большой популярностью. Надо сказать, что позже во время вьетнамской войны американская военно-полевая хирургия пошла примерно по тому же пути. В этом санатории было множество совершенно запущенных полянок, дорожек, акаций высотой в три человеческих роста, образующих как бы туннель. И мне, мальчику 3-4-го класса, было страшно интересно бродить по этим дебрям, находить необычные закутки, какие-то развалившиеся постройки. Клуб, который тоже имел совершенно заброшенный вид, одиноко стоял на берегу озера, в нем была очень интересная библиотека. Библиотека была крайне запущенная: провалившиеся полы, там пахло мышами, еще чем-то, наверное, крысами или кошками. Но это не мешало рыться по полкам, находить интереснейшие книги. Кстати, многие полки подломились и книги лежали прямо на полу. Помимо классической приключенческой литературы запомнилась одна книга. Это история Карла Линнея, человека, который провел систематизацию растений. Запомнилась, запала. Кстати, эта книга очень помогла потом мне в будущем легко изучать ботанику, биологию и кое-что, наверное, осело до сих пор.
В последующем я появился в этом месте несколько лет назад, спустя, наверное, 35–40 лет. С одной стороны, мало что изменилось. Чуть-чуть подчищено, чуть-чуть стало более прибрано. Но исчезла та прелесть запустения, с одной стороны, человеческого тепла, которое присутствовало в этом месте. Очень здорово, что удалось побывать именно там и именно тогда.
ПМЗО
