«Казна была при мне», этим калекам я такой вопрос не доверил.
Мы выехали из ворот Пьённистара без всяких проводов и фанфар. Пятеро всадников: сомнительный генерал и его свита из отбросов, направляющихся в самую мрачную дыру королевства.
А я был рад, столица Маэна вызывала у меня неприязнь и ощущение не иллюзорной опасности.
Во время путешествия к Мизатерри я зашёл в гномий банк, убедился, что неподалёку от конечного пункта моего путешествия есть гномий банк и положил всю казну армии на личный счёт, чтобы путешествовать налегке, оставил себе только на дорогу.
Деньги я положил тайком от своих подчинённых, пока мой штат ругался при выборе между двумя средней паршивости постоялыми дворами.
Эти расходы, дорожные, меня порядком подбешивали. Всю эту шайку-лейку надо было селить и кормить, а жрали за чужой счёт они как танк солярку.
Через двое суток пути, двигаясь уже по разбитым и пустынным (тут даже разбойников не было) дорогам Мизатерри мы добрались до городка со странным названием Бинндаль. По-гоблински такое название можно было бы перевести как «место, где корова умерла». Может быть, просто созвучно, совпадение.
Бинндаль встретил нас запахом гнили, дешёвого пива и безнадёги. Ещё и погода была мерзкой. Городок, если это недоразумение из кривых хибар и утопающих в грязи улиц можно было так назвать, прилепился к самому краю Кмабирийских болот, как бородавка к лицу королевского повара.
Вообще Кориан написал мне инструкцию как мне действовать и что моей резиденцией станет некий остров Штатгаль.
Причем остров слово странное, это же обычно означает кусок суши посреди моря или там, океана?
Остров Штатгаль торчал как сравнительно безопасное место среди Кмабирийских болот и туда вела всего одна дорога.
Мне Кориан предписывал для начала топать в столицу региона и знакомится с губернатором про которого даже он писал, что тот является пройдохой и казнокрадом, получить от него денег и набрать людей для строительства тренировочного лагеря в Штатгале. И вообще во всём полагаться на этого славного парня.
Совпадение или нет, но уже на границе провинции Мизатерри я услышал от купцов что губернатор срочно отбыл в столицу.
То есть даже если бы я захотел, дёргать тут мне было бы некого. Ну, я не чиновник, в эти игры играть не хочу, обойдусь без сопливых.
Ну и само собой, никакую инструкцию выполнять я не намерен.
Поэтому я направился поближе к месту, где мне приказано тренировать и обучать свою армию… Кстати, я заведомо называю её своей, а не королевской.
Любой город неодинаков по уровню чистоты и опасности. Я, несмотря на вялые возражения своих спутников — «штата» направил лошадей в самый некрасивый и опасный даже на вид район, где прямо у входа в кабак столкнулся со стайкой гоблинов-подростков.
Подростки они в любом мире подростки. Они смотрел враждебно, а потом, обменявшись несколькими фразами на гоблинском стали нас медленно обступать. Парочка из них достали из складок одежды массивные тесаки.
— Герцог! Босс! — с драматизмом в голосе обратился ко мне старик-Борг. — Нам срочно надо бежать, они же на нас напасть хотят, босс!
— Да ну, с чего ты решил? К тому же у нас же есть Безольс, чего нам боятся?
Борг повернул голову чтобы заручится поддержкой молчаливого здоровяка Безольса, но у того, вероятно, были свои представления о прекрасном и жизненная стратегия. И она не включала в себя драку с десятком подростков за жизнь постороннего герцога.
Может это и не так, и в душе Безольс был храбр, однако сейчас он улепётывал, причём он сбежал самым первым. Бегство здоровяка вызвало у гоблинов смех, а у моего «штата» — панику.
И они, мой штат, тоже побежали. Они бежали так быстро, что даже не заметили, что вместе с гоблинами смеялся и я сам.
Нет, я не знал гоблинов, но мне было весело, я почти ничем не рисковал, а также потому что только что волею случая избавился от своей неприятной даже на вид свиты.
Вообще-то попадание в рискованную ситуацию не было случайным, я что-то такое искал, можно сказать, нарывался.
Но то, как поведёт себя моё войско было тестом, проверкой. Я решил для себя что если они будут готовы драться, защищая меня, то так и быть, я стану пытаться перевоспитывать и находить применение такому штату. Ну а если нет, значит буду от них избавляться.
…
— Эй, чужак, чего смеешься? — нахмурился один из гоблинов.
Я медленно поднял голову и посмотрел ему прямо в глаза. И заговорил. Но не на всеобщем, а на их родном, гортанном, щёлкающем языке.
Эффект был ошеломляющим. Гоблины замерли. Их наглые ухмылки сползли с морд, сменившись откровенным изумлением.
Один из них нахмурился и вышел вперёд.
—
