Талисман полностью

– В этом нет нужды, – попытался остановить его Джек.

– Джек? – В голосе Волка вдруг послышался испуг. – Джек? Джек?

Гарденер на пути к Волку оттолкнул Джека.

Оттолкнул сильно. Джек отлетел, наткнулся на Мортона, который взвизгнул и отступил в сторону, словно боялся, что Джек чем-то его заразит. Волк начал вырываться, но их было шестеро, слишком много. Возможно, если бы началась трансформация, он бы с ними справился, но она не началась.

– Джек! – взвыл он. – Джек! Джек!

– Держите его, и восславим Господа! – прошептал Гарденер, злобно ощерился и вогнал иглу в руку Волка.

Волк замер, вскинул голову, завыл.

Убью тебя, ублюдок, бессвязно подумал Джек. Убью тебя, убью тебя, убью тебя.

Волк принялся вырываться. Гарденер хладнокровно отступил на шаг. Волк угодил коленом в толстый живот Кейси. Из того с шумом вышел воздух, его качнуло назад, потом он снова подступил к Волку. Через минуту-другую сопротивление Волка начало ослабевать, он обвис на державших его руках.

Джек поднялся, плача от ярости. Попытался рвануться к белым водолазкам, облепившим его друга. Он увидел, как Кейси ударил кулаком по лицу Волка, как из носа Волка потекла кровь.

Его удержали. Он вырывался, потом оглянулся, увидел испуганные лица подростков, с которыми собирал камни на Дальнем поле.

– В Ящик его, – распорядился Гарденер, глядя на бессильно обвисшего Волка. Потом медленно повернулся к Джеку. – Если только… может, вы захотите сказать, где мы с вами встречались, мистер Паркер? – Джек молча стоял, глядя себе под ноги. Глаза щипало, они горели жаркими слезами ненависти.

– Значит, в Ящик, – повторил Гарденер. – Возможно, вы передумаете, когда он подаст голос, мистер Паркер.

Преподобный вышел за дверь.

Волк все еще кричал в Ящике, когда Джек и другие подростки спустились в часовню на утреннюю молитву. Ироничный взгляд Лучезарного Гарденера то и дело находил бледное, напряженное лицо Джека. Может, пора, мистер Паркер?

Волк, это моя мать, моя мать…

Волк все еще кричал, когда Джека и других подростков, направленных на работу в поле, разделили на две группы, и они зашагали к грузовикам. Когда проходили мимо Ящика, Джек с трудом подавил желание прижать руки к ушам. Эти завывания, эти всхлипывающие рыдания.

И тут же рядом с ним возник Сонни Сингер.

– Преподобный Гарденер сейчас в своем кабинете, сучонок, и ждет твоей исповеди. Просил передать тебе, что выпустит недоумка из Ящика, как только ты скажешь ему то, что он хочет знать. – Голос Сонни звучал ласково, но лицо оставалось злым.

Волк кричал и выл, умоляя, чтобы его выпустили. Яростно молотил по склепанным вручную железным стенам Ящика.

Ох, Волк, она моя МАТЬ…

– Я не могу сказать ему то, что он хочет знать. – Джек резко повернулся к Сонни. Сонни отступил на два огромных шага, на его лице отразился ужас. Он запутался в собственных ногах и наткнулся на один из грузовиков. Не будь грузовика, повалился бы на землю.

– Хорошо, – почти провыл он. – Хорошо, хорошо, забудь об этом. – Затем тощее лицо вновь стало наглым. – Преподобный Гарденер просил передать: если ты ответишь отказом, я должен сказать, что твой друг криком зовет тебя. Ты это понимаешь?

– Я знаю, кого он зовет.

– Быстро в кузов! – рявкнул Педерсен, проходя мимо и едва глянув на них. Миновав Сонни, он скорчил гримасу, словно унюхал что-то сгнившее.

Джек слышал крики Волка, когда они уезжали, хотя проржавевшие глушители грузовиков давно превратились в металлическое кружево, а двигатели гремели. И потом крики не утихали. С разумом Волка у Джека возникла прочная связь, и он слышал его крики, даже когда они прибыли на Дальнее поле. Он понимал, что крики эти звучат только у него в голове, но легче от этого не становилось.

Ближе к ленчу Волк замолчал, и Джек понял, внезапно и без тени сомнений, что Гарденер приказал выпустить его из Ящика, прежде чем вопли привлекут ненужное внимание. После случившегося с Фердом он не хотел, чтобы кто-нибудь начал приглядываться к «Лучезарному дому».

Когда рабочие команды вернулись с поля, Джек увидел, что дверь в Ящик открыта, а внутри пусто. Волк лежал на нижней койке в комнате наверху. Он чуть улыбнулся, когда Джек переступил порог.

– Как твоя голова, Джек? Синяк немного побледнел. Волк!

– Волк, как ты?

– Кричал, да? Ничего не мог с собой поделать.

– Волк, мне очень жаль, что так вышло.

Волк выглядел странным – побледневшим, ссохшимся.

Он умирает, подумал Джек. И тут же разум его поправил: нет, Волк умирал с того самого дня, как они прыгнули в этот мир, удирая от Моргана. Но теперь он умирал быстрее. Слишком бледный… ссохшийся… но…

Джек почувствовал, как по спине пробежал холодок.

Голые ноги и руки Волка уже не выглядели голыми: их покрывали волосы. Двумя днями раньше их точно не было – Джек мог в этом поклясться.

Его охватило желание подбежать к окну и посмотреть, как там луна, чтобы выяснить, не перенесся ли он на семнадцать дней вперед.