Когда Уильямс провожал мальчиков до дверей длинного крыльца, Гарднер поднял голову и снова посмотрел на своих новых подопечных. Джек и Волк, понурив головы, брели к дверям. Уильямс отер пот со лба и, тяжело отдуваясь, последовал за ними. Гарднер туманно улыбался, но его глаза так и бегали по ним. Секунду спустя в них появилось тяжелое, холодное и откуда-то знакомое Джеку с Волком выражение, и Гарднер снова вынул из кармана очки и надел их. Улыбка оставалась такой же загадочной, но даже уверенный в своей безопасности Джек похолодел от этого взгляда — потому что видел его раньше.
Преподобный Гарднер сдвинул очки на кончик носа и игриво посмотрел на них поверх оправы:
— Имена. Имена. Могу я надеяться, что услышу от вас, джентльмены, хотя бы одно имя?
— Я Джек, — сказал мальчик и замолчал. Он не хотел говорить больше ни слова до тех пор, пока его не спросят. На мгновение мир завертелся и поплыл перед его глазами: он почувствовал, что снова переносится в Долины, только теперь Долины злые и угрожающие, их воздух наполняли облака дыма, языки огня и крики раненых животных.
Сильная, властная рука взяла его за локоть и толкнула вперед. Вместо грязи и дыма Джек ощутил тяжелый запах одеколона. Печальные серые глаза смотрели прямо ему в лицо.
— Ты был дрянным мальчишкой, Джек? Ты был очень дрянным мальчишкой?
— Нет, мы только голосовали…
— Мне кажется, ты немного заторможен, — сказал Преподобный Гарднер. — Мы уделим тебе особое внимание.
Рука отпустила его локоть, Гарднер отступил в сторону и вернул очки на глаза.
— У тебя есть фамилия?
— Паркер, — сказал Джек.
— М-да. — Гарднер сдвинул очки на лоб, сделал танцевальный полуоборот и принялся внимательно изучать Волка. Было не понятно, поверил он Джеку или нет. — По-моему, — сказал он, — ты сильный и здоровый, по крайней мере физически. Довольно крепкий. Мы здесь, конечно, найдем работу такому большому, сильному мальчику, как ты. Во служение Богу. Могу я попросить тебя последовать примеру Джека Паркера и назвать свое имя?
Джек с беспокойством посмотрел на Волка. Он тяжело дышал. Блестящая струйка слюны появилась из угла его рта и стекала по подбородку. На университетской рубашке расплывалось пятно. Волк мотнул головой, но это движение не означало отказ говорить — Волк просто отогнал муху.
— Имя, сынок? Имя? Может, тебя зовут Билл? Или Поль? Арт? Сэмми? Нет, должно быть, что-нибудь посложнее, я уверен. Возможно, Джордж?
— Волк, — сказал Волк.
— Ах, как это
Он снова посмотрел на мальчиков поверх очков.
— Одно из правил в нашем священном «Доме» — солдаты Господа маршируют лучше, если они маршируют в форме. А Гек Баст почти такой же большой, как твой друг, Джек Паркер. Так что с точки зрения одежды и дисциплины вы обеспечены. Хорошо я придумал?
— Джек, — тихо сказал Волк.
— Что?
— У меня болит голова, Джек. Очень болит!
— Вас беспокоят головные боли, мистер Волк? — Преподобный Гарднер подплыл к Волку и нежно взял его за руку. Волк выдернул руку назад; его лицо инстинктивно скривилось от отвращения. Одеколон, понял Джек. Тяжелый, удушливый запах, должно быть, казался хуже аммиака чувствительному носу Волка. — Не обращай внимания, сын мой, — сказал Гарднер, казалось, задетый поведением Волка. — Мистер Баст и мистер Зингер, второй управляющий, посмотрят, что у тебя с головой. Фрэнк, по-моему, я просил вас проводить их в «Дом».
Офицер Уильямс отреагировал на это так, словно его кольнули булавкой пониже спины. Его лицо еще больше покраснело, и он поволок свое грузное тело к двери.
Гарднер снова перевел взгляд на Джека, и мальчик понял, что щегольская внешность и манерное поведение — всего лишь результат самолюбования; человек в белом был холодным и сумасшедшим внутри. Тяжелая золотая цепочка свисала с его рукава, обвивая большой палец. Джек услышал свист плетки, разрезающей воздух, и в этот момент узнал эти темные серые глаза.
Гарднер был двойником Осмонда.
— Входите, дети мои, — сказал Гарднер и с легким поклоном открыл перед ними дверь.
— Кстати, мистер Паркер, — сказал Гарднер, как только они вошли, — мы не могли с вами встречаться раньше? Ваше лицо мне очень знакомо.
— Не знаю, — сказал Джек, со странным интересом оглядывая интерьер «Дома».
