Талисман полностью

— Волк! — крикнул он, но мальчики, дрожащие в своих укрытиях на первом и втором этажах, услышали только громкий, торжествующий вой. Он приподнял оба тяжелых сильных тарана, что недавно были его руками, и направил их на дверь. Она переломилась посередине, брызнув щепками на лестницу. Волк вошел в открывшийся проем, и… Да, это было то самое узкое место, со спертым, могильным воздухом, и здесь был путь в ту комнату, где Белый человек произносил свои лживые речи, в то время как Джек и еще не вполне пришедший в себя Волк должны были сидеть и слушать все это.

Джек сейчас был там. Волк чувствовал его запах.

Но кроме этого, он чувствовал запах Белого человека… и пороха.

Будь осторожен…

О да! Волки знают, что такое осторожность. Волки могут бежать напролом, разрывая в клочья всех, кто попадется на их пути, но когда нужно… Волки умеют быть осторожными.

Он сбежал по ступеням на всех четырех, бесшумный как ветер, сверкая красными, похожими на сигнал светофора глазами.

Гарднер нервничал. Он смотрел на Джека взглядом человека, попавшего во взрывоопасную зону.

Шум наверху некоторое время назад прекратился.

Санни Зингер направился к двери:

— Я поднимусь наверх и посмотрю, что там…

— Ты НИКУДА не пойдешь! Вернись и сядь!

Санни застонал, будто Гарднер ударил его.

— Что случилось, Преподобный Гарднер? — спросил Джек. — У вас немного встревоженный вид…

Зингер отпустил ему тяжелую затрещину:

— Как ты разговариваешь, сопляк?! Думай, что говоришь!

— У тебя тоже встревоженный вид, Санни. И у тебя, Уорвик. И у Кейси в его дурацкой…

— Заткните ему глотку! — неожиданно визгливым голосом воскликнул Гарднер. — Вы способны хотя бы на это? Или мне нужно делать все самому?

Санни снова ударил Джека, на этот раз намного сильнее. Кровь заструилась у него из носа, но он только улыбнулся. Волк уже рядом… и Волк осторожен. У Джека появилась безумная надежда, что им удастся выпутаться из этой истории живыми.

Внезапно Кейси вскочил, сорвал с головы наушники и включил внутреннюю связь:

— Преподобный Гарднер! Я слышу сирены!

Дико расширенные зрачки Гарднера уткнулись в Кейси.

— Что? Сколько? На каком расстоянии?

— Судя по звуку, довольно много, — сказал Кейси, — правда, еще далеко. Но вы не беспокойтесь, они приближаются.

В этот момент нервы Гарднера сдали окончательно. Джек увидел, как это произошло. Преподобный неуверенно опустился на стул, замер на мгновение, а затем вытер губы рукавом пиджака.

Это не из-за того, что случилось наверху. И не из-за сирен. Он тоже знает, что Волк близко. Он чувствует его по-своему… И ему это не нравится. Волк, мы еще можем спастись! У нас есть шанс!

Гарднер протянул свой пистолет Санни Зингеру.

— У меня нет времени разбираться с полицией. Равно как и с тем, что творится наверху, — сказал он. — Морган Слоут для меня сейчас важнее. Я отправляюсь в Манси. Ты, Санни, и ты, Энди, вы едете со мной. Я пойду выводить машину из гаража, а ты пока что направь эту пушку на нашего общего друга Джека. Как только услышите сигнал, оба выбегайте во двор.

— А как же Кейси? — поинтересовался Энди Уорвик.

— Ах, да-да, конечно! И Кейси тоже, — тут же согласился Гарднер, и Джек подумал: Он же просто удирает от вас, чертовы тупицы! Он рвет когти, и это написано у него на лбу черным по белому, как в газете. А ваши скудные умишки не способны это понять. Вы будете десять лет ждать его сигнала, если, конечно, у вас хватит на такое время жратвы и туалетной бумаги.

Гарднер встал. Санни Зингер с исполненным важности лицом занял его место за столом и направил на Джека дуло пистолета.

— Если здесь появится его недоделанный друг, — сказал Гарднер, — стреляй.

— Как он может здесь появиться? — спросил Санни. — Он же в карцере.

— Как бы не так! — ответил Гарднер. — Он — порождение греха. Они оба — порождение греха. Это несомненно. Это аксиома. Так что, если этот идиот появится здесь, застрели его. Застрели их обоих.

Он брякнул связкой ключей и выбрал среди них нужный.

— Когда услышите сигнал, — повторил он. Затем отпер дверь и вышел. Джек напряг весь свой слух, пытаясь уловить рев сирен, но ничего не услышал.

Дверь за Преподобным Гарднером закрылась.

Время замедлило ход.