– Жерар Дюрок, мадам. В ходе своей службы и благодаря неординарным талантам однажды он стал адъютантом императора. Во время Итальянского похода 96 года он проявил небывалую отвагу. Среди двора ходит слух, что после очередного сражения он стал проявлять некоторую жестокость. В одно мгновение он вам улыбается и искренне добр, но пройдёт некоторое время, и он снова представляет себя на войне. Чудовищно… Он по-прежнему остаётся дорогим другом Его Величества. Хочу заметить, что именно он является комендантом этого дворца. И насколько мне известно, состоит в тайной полиции Бонапарта. Кажется, мы привлекли его внимание.
Клэр пересеклась взглядом с обсуждаемой персоной, и кокетливо улыбнулась ему. Не скрывая свою заинтересованность, он приковал взгляд к ней и отвлекаясь от беседы с другими дамами то и дело посылал ей сигналы.
Каштановые волосы, правильные черты лица, изящно ровные скулы делали его очень привлекательным. Среди многих мужчин в этом зале он выделялся своей статностью.
– Франсуа, этот господин не сводит с меня глаз, несмотря на то, что вы держите меня за руку. Пообещай, что в этот вечер не оставишь меня одну?
– Если вы не забыли правила этикета, то знаете, что помолвленная пара приравнивается к замужней. – Это означало, что Клэр и Франсуа обязаны танцевать в основном с другими партнёрами. Вспомнив об этом, Клэр взволнованно стала метать взглядом по сторонам, подсчитывая возможных кандидатов.
Повсюду раскатились восторженные вздохи. Все гости, включая Клэр и Франсуа поспешили в сторону входа. В залу вошёл император с молодой супругой. Мария-Луиза, подобно тореадору приковывала к себе взгляды красным платьем, обшитым крупным жемчугом на декольте. Наполеон выбрал синий мундир, изюминкой которого была лишь золотая вышивка на воротнике и груди. С его плеча спадал светлый плащ, по длине едва достающий до пояса. Он был, как всегда, величественным. Взор его чётко и ясно перемещался с одних гостей на других, а на лице красовалась неподдельная приветливость, которую Александр постоянно создавал без чувств.
Клэр убедилась в том, что, так долго, не могла принять за правду. Она увидела, что Наполеон для своих приближённых, гостей, народа и страны был идеалом. Некой святыней, несущей надежду на новый мир. Если он и хотел заполучить всё вокруг, то только для славы Франции и её людей.
Гости приветственно склонились и стали усыпать монарха различными комплиментами. На мгновение могло показаться, что виновником всего этого торжества является вовсе не Клэр, а император. Она озадаченно посмотрела на Франсуа, но тот в ответ сделал вид, что не заметил её взгляда. Тогда, она стала самостоятельно напоминать себе о том, что совсем скоро именно этот человек принесёт войну на её родину, и что именно он станет всадником апокалипсиса, который унесёт сотни тысяч жизней.
В следующую пору она размышляла лишь о том, что два великих императора вопреки всему могли бы стать хорошими друзьями. Потому что так одурачивать людей и морально склонять их на свою сторону без особых усилий, могут только они.
Наполеон и Мария-Луиза остановились в центре зала, обнаружив Клэр среди прочих гостей.
– Дорогие и милые сердцу, друзья! Сегодня у нашей молодой гостьи выдающийся день. Поскольку она впервые посетила Тюильри, мне подумалось, что весьма любезно будет сделать её день рождения по-королевски особенным. Мадмуазель? – Наполеон провёл рукой по воздуху, указывая чтобы Клэр, вышла к нему. – Эту очаровательную девушку зовут Клэр Равнина, требую оказать ей тёплый Парижский приём. – Продолжил император, когда Клэр уверенно шагнула в центр образовавшегося круга.
Вздохи стали более выразительными и за несколько секунд запрыгали по головам.
Клэр находилась слишком близко к императорской семье, отчего внимание к королевской персоне распространилось и на неё. От чрезмерно заинтересованных взглядов она чувствовала себя некомфортно, словно представляясь той, кем не являлась на самом деле. Возможно, в этом была доля правды. В любом случае ей ужасно не терпелось убежать оттуда.
Стоящие перед ней дамы и кавалеры любезно улыбались и говорили в её адрес различные комплименты. Она приветливо улыбалась в ответ и благодарила, испытывая приступы волнения и скованности. Живот неприятно сжимался и стягивал область поясницы, словно это было знаком, предупреждающим об опасности.
– Спасибо вам, сир! Этот день я пронесу в своей памяти через всю жизнь.
– Наслаждайтесь. – Улыбнувшись, произнёс император, после чего кинул короткий взгляд на кольцо и направился в соседнюю залу вместе с императрицей.
Практически сразу после его ухода к Клэр двинулась шумная толпа из дам и кавалеров. Некоторые старались любезно погладить Клэр по плечам, кто-то насильно держал её за руку, и все вместе старались говорить одни и те же сладостные слова разом. Франс не сразу подошёл к ней, наблюдая за всем происходящем со стороны.
