Как только хозяйка прикрыла за собой дверь, Клэр, испытывая огромное счастье от уединения, наконец-то тяжело выдохнула. Утонув в белоснежной перине и тонких одеялах, девушка некоторое время лежала без каких-либо мыслей или раздумий, тоскливо рассматривая расписной четырёхметровый потолок комнаты. Нежно-светлый цвет спальни напоминал ей окрас стен её комнаты, а нарисованные вьющиеся розы вдоль треснувшей штукатурки на потолках – сад бабушки Элжиры, по которому им так нравилось гулять. В какой-то момент Клэр поймала себя на мысли, что если существует путь в этот мир, то должен быть и обратный. Она перебирала в голове все возможные варианты, почему и как она оказалась здесь. Из многочисленных идей её внимание так ни на чём и не зациклилось.
Не понимая, как ей быть дальше и что сделать, чтобы очнуться от этого кошмара, она бесцельно стала слоняться по небольшой комнате, пока её непродуктивный монолог не прервал лёгкий стук в дверь.
С её разрешения в комнату снова вошла Майя. Позади неё мелкими шажками с двумя большими ярко-жёлтыми коробками в руках плёлся седой мужчина средних лет. Поставив их на пол подле кровати, он без лишних слов, не бросив на Клэр даже мгновенного взгляда, откланялся и оставил их с Майей одних.
– Что это? – спросила Клэр у Майи, проведя рукой по бархатной, слегка запылённой крышке.
– Мария Павловна сказала, вы знаете, что внутри, – не сдерживая лёгкой ухмылки, ответила она.
Улыбнувшись в ответ, Клэр поспешила открыть первую коробку. Когда она заглянула внутрь, её детскому восторгу не было границ. Две коробки, в каждой из которых находилось платье графини Милановой, подаренное Клэр!
Первое платье предназначалось специально для намечающегося приёма. Нежно-молочного цвета, из полупрозрачного муслина с тонкими, сияющими нитями, оно играло на свету, переливаясь холодными искрами. На талии была пришита тонкая шелковая лента, завязывающаяся на спине в бант. К этому платью Мария приложила небольшую карнавальную маску с несколькими кристаллами, самые простые серые туфли и крылья, сделанные из перьев белого лебедя. На дне коробки под платьем лежала записка: «Думается, образ ангела сделает тебя ещё милее и невиннее на предстоящем маскараде».
Клэр вцепилась в него обеими руками, не переставая охать и ахать от радости. Она не могла поверить, что держит в руках платье 19-го века, можно сказать, реликвию.
– Столько радости! – отметила Майя, скрестив руки на груди. – В твоём времени такую красоту не носят?
– Повседневная одежда для женщин, как и для мужчин, – это джинсовые штаны наподобие тех, что ты видела на мне, и невзрачная кофточка или футболка. Девушки давно перестали быть леди и следить за своим внешним видом.
Майя с сожалением пожала плечами и посоветовала Клэр взглянуть на следующий подарок. Послушав её совета, Клэр аккуратно положила на кровать драгоценное платье и нырнула во вторую коробку. Там она обнаружила не менее красивое платье, предназначавшееся уже для повседневных прогулок. Светло-голубое, практически небесное, с небольшим вырезом на груди, оно было украшено мелкой бархатной полосочкой, отчего на ткани создавался бесконечно льющийся эффект.
– По вашему взгляду можно догадаться, что оно понравилось не меньше первого, – заключила Майя, только посмотрев на горящие от желания примерить его глаза Клэр.
– Ты поможешь мне правильно его надеть? – Клэр изобразила гримасу ужасного нетерпения.
– Разумеется, для этого я здесь. Но сначала вам надобно поесть. Сейчас распоряжусь, чтобы принесли кашу.
Клэр совершенно забыла про чувство голода, но при первом же упоминании о еде у неё сильно заныло под ложечкой. С большой радостью она съела поданную ей кашу с баранками и чаем и, отставив пустую тарелку в сторону, стала с трепетом смотреть на Майю, как бы намекая ей про сборы.
– Сперва корсет! – заметив её преданный взгляд, сказала Майя. – Не беспокойтесь, барышня со дня на день распорядится сшить его по вашим меркам, а пока возьмём её старый. Не думала, что когда-нибудь мне придётся снова достать его из чулана.
– А он обязателен? – с пренебрежением уточнила Клэр, глядя на короткий мягкий свёрток в руках Майи.
– Боюсь, что так, Клэр.
Спустя час они уже вовсю занимались сборами. Клэр и представить не могла, насколько тяжело быть женщиной девятнадцатого века. Всё началось с мытья тела и волос. Она стояла в большом медном тазу, в то время как Майя ловкими, но аккуратными движениями поливала её сверху нагретой водой. Вместо шампуня в волосы втирали бальзам, приготовленный из настойки ромашки, мяты и хмеля. Запах масел воздушным, невидимым облаком окутал всю комнату и, казалось, пропитал собой каждый предмет. Когда Клэр белой простыней принялась согревать своё тело после водных процедур, Майя уже подносила к её волосам раскалённый металлический прибор, напоминающий щипцы для завивки.
– Ничего себе технологии! – непроизвольно выдала Клэр при виде нагретой странной штуковины.
– В твоём времени девушки не закручивают волосы в локоны?
– Закручивают, конечно, просто выглядит это иначе. Довольно устрашающий предмет.
