- Но они правы, не спорь. Салли должна лететь, потому что с ней шанс найти Артура, а значит, и всех остальных, гораздо больше. А ты со своим камушком – стратегический резерв. Проводишь меня?
- Провожу, конечно.
В ангар Ронни не пустили. Наплевав на смешки окружающих, Макс целовал своего парня у двери, долго, нежно, глубоко, потом неохотно выпустил его из объятий.
- Я пойду.
- Ага, - сказал Ронни и нахохлился. Выглядел он по-настоящему несчастным.
«Неужели и правда переживает, не хочет одного отпускать? - думал Макс, направляясь к транспорту. – Блядь, как это несправедливо, сучья жизнь. Я умру, если обнаружу его с кем-то другим, вернувшись. Убью обоих и застрелюсь на хуй».
Глава 12.
Ронни в который раз перевернулся на другой бок, взбил подушку. Черт, кто бы мог подумать, что у него будет бессонница, и это после такого дня! И когда он успел так привыкнуть к Максу… Без него, без тепла и чистого мужского запаха его тела, сильного ровного дыхания, больших ласковых рук, от которых Ронни часто уворачивался, ворча: «Не лапай, спать хочу», было холодно и неуютно. Интересно, добрались они уже до цели? И не узнаешь до официального объявления, Сети там нет, а к гиперсвязи его не подпустят… Бля, время четвертый час, а ему в семь вставать и идти на новую работу! Ронни вдруг осенило, и он подтащил к себе подушку Макса, обнял, уткнулся в нее носом. Смешно, конечно, как ребенок с плюшевым медведем, но ведь никто не узнает. И так гораздо уютнее и теплее…
Точка, в которой предположительно находилось место заточения Артура, располагалась пугающе близко от Каролины, в одной из доселе считавшихся безжизненными и необитаемыми звездных систем. Она и сейчас выглядела безжизненной и необитаемой – три газовых гиганта с роем спутников, астероидный пояс, да одна-единственная, насквозь прокаленная близким светилом, твердая планетка. Никаких признаков техногенной активности, ни одного металлического или другого рукотворного обломка, ни одного известного науке искусственного сигнала тончайшие приборы ученых и разведчиков не обнаружили. Настолько здесь было пусто и первозданно, что не будь на крейсере «Шарль де Голль», флагмане экспедиции, Салли Джонсон, коммандер Дольский дал бы приказ повернуть на базу, посчитав выводы ошибочными. Но Салли уверяла – Артур здесь! По ее словам, искать следовало у ближнего к светилу газового гиганта, скорее всего, на одном из шести его спутников.
- База, - сформулировал общее мнение ксенолог Веллер. – База на одном из спутников, вернее, внутри одного из них. Другой версии быть не может.
Кто-то из офицеров тихо выругался. Дольский не обратил на это внимания – и сам бы матернулся. Космическая база – это знак экспансии, экспансии чуждых, с высокой вероятностью враждебных человечеству существ, уже подобравшихся к границам обжитого землянами мира. Тут не то что материться, головой об стенку биться впору.
Проводить автоматическую разведку было слишком рискованно, как и долго маячить на периферии системы. Обнаружить немаленький флот было делом одной секунды. Если у чужаков есть следящие устройства, а они наверняка есть, то флот, скорее всего, уже обнаружен, и действовать следовало молниеносно. Собственно, план действий был разработан еще на базе, его только следовало слегка подкорректировать. Спустя полчаса после прибытия спасательной экспедиции к границам звездной системы E276H592, операция «Талисман» началась.
Артур всхлипывал, сжавшись в комок у тупика, которым закончился коридор, по которому он шел к Салли. Она была там, за стеной, но он не мог к ней попасть! Здесь не было никакого намека на люк или дверь, стены, пол и потолок даже не были ничем облицованы, один дикий камень, последние полкилометра он шел при тусклом свете фонарика-таблетки и только потому, что его вело это странное чувство. И дойдя до тупика, он сначала не поверил своим глазам, долго, дюйм за дюймом обшаривал все, докуда мог дотянуться, а потом упал, обессиленный и отчаявшийся, рыдающий вслух в первый раз с тринадцати лет. А Салли была там, за глухим камнем, уже совсем близко… Надо, наверно, было встать и пойти искать обходной путь, но не было сил, и, главное, что-то при этой мысли внутри него кричало и не пускало уйти отсюда, он не мог отлепиться от этой стены и лежал, плача и кляня себя за истерику, не замечая, как затрепетал индикатор прямой радиосвязи, которую на Кобальте все устанавливали на коммах – в сейферовых шахтах Сеть часто глючила… И ее голос, тихий, еле пробивающийся сквозь помехи, но отчетливо взволнованный, сбивающийся, он принял сначала за галлюцинации и какое-то время лежал, тупо вслушиваясь в свое имя, доносящееся сквозь треск и шорох. Потом, очнувшись, сел, вытащил комм и ответил.
- Артур Лебовски точно на четвертом спутнике, мы запеленговали радиосигнал, сэр, - сообщил лейтенант Леруа, начальник связистов. – Похоже, ему как-то удалось сбежать, он говорит, что находится один в каком-то тупике без признаков шлюза или люка.
- Точное местонахождение определено?
- Да. Задействовать бурильщиков?
Коммандер подумал.
