Дальше дело пошло без ругани и разборок. Они выгнали киберов и сами вышли вслед за ними. Один истребитель остался на орбите, второй вошел в атмосферу и теперь описывал круги над плато. Ронни долго, задрав голову, смотрел на смертельно красивую металлическую птицу, взрывающую сиреневое небо, восхищенно присвистнул:
- Это еще красивее, чем я думал… Правда, здорово?
Стас согласился, стараясь, чтобы голос звучал не слишком умиленно. Какой же он забавный, все-таки… Котенок… Не надо было его вчера отпускать. Даже если бы ничего не было, с дружком он бы точно не помирился. Черт, что за бред ему в голову приходит? Стас устыдился собственных мыслей и пошел вслед за уже отошедшим на несколько шагов Ронни.
Перед тем, как вернуться на яхту, Ронни попросил сходить еще на одно место, проверить маяк, который он недавно ремонтировал.
- Вот блядь, - сказал он, дойдя до места. – Извини, но не могу не выразиться. Ты только посмотри, а?
И указал на длинную, примерно в полтора метра шириной, глубокую трещину в земле, преградившую им путь.
- Это херово плато на глазах расползается. Маяк-то там остался, сучья мать… Подожди здесь.
Стас даже сказать ничего не успел – мальчишка перепрыгнул через трещину и скрылся за скалой. Пока Кречетов придумывал печатные эпитеты – скаф скафом, но ведь на той стороне грунт мог от толчка обвалиться, юный герой труда вернулся с прижатым груди конусом маяка и перемахнул на эту сторону.
- Давай его здесь где-нибудь установим, - сказал он беззаботно. - Это легко, даже железку звать не надо, я сам все сделаю.
- Ронни, - как можно мягче сказал Стас, - ты, конечно, молодец, что так ответственно относишься к своим обязанностям. Только вот прежде чем прыгать, стоило проверить устойчивость того края трещины. Сам говоришь, что плато на глазах расползается.
Ронни помолчал, возясь с маяком, потом смущенно ответил:
- Это да, сглупил я… Макс меня пришиб бы на месте за это. Он же в тот раз из-под обвала меня вытащил. Не говори ему, ладно? А то еще разругаемся на прощанье, он же меня специально просил быть осторожнее…
- Да вряд ли я его увижу до отлета, - хмыкнул Стас. Больше ему делать нечего, как бежать докладывать Максу, с которым он, кстати, и незнаком, о глупом поведении любовника. Как трогательно мальчик переживает… Повезло Максу, ох повезло!
На обратном пути Ронни не спал, сидел в кресле, о чем-то напряженно думая. Стас не смог сдержать любопытства:
- О чем думаешь? Если не секрет, конечно.
- Об экспедиции, - неожиданно охотно ответил Рон. – Я бы тоже хотел в ней участвовать. Так интересно, хотя и жутковато… А ты боишься?
- Не знаю, - подумав, сказал Стас. – Я приучен не бояться неизвестности, столько лет в «Стар Трек», сам понимаешь. Вот там, на месте, если будет конкретная опасность, тогда возможно. Страх, вообще, нормальное человеческое чувство, инстинкт самосохранения, надо только волю ему не давать.
- Это точно. Макс наверняка боится, хоть и не говорит, но все равно ни за что не откажется. И я бы не отказался, да только меня не берут.
Прозвучало это так по-детски, что Стас невольно рассмеялся:
- Успеешь еще навоеваться, если все плохо обернется. А то, что обидно, я понимаю, сам такой. Но ничего не поделаешь.
Ронни спросил, помолчав:
- А когда точно отлет назначен?
Кречетов ответил с усмешкой, давя вспыхнувшую опять зависть:
- Успеете попрощаться, не бойся. А вы давно вместе?
- Нет, недавно, - рассеянно ответил Ронни. – А что?
- Ничего, просто любопытно. А Салли Джонсон со своим женихом?
- Вот они давно. Сошлись еще на Кобальте, два года уже как вместе живут.
- Любопытно, - повторил Стас задумчиво. Все-таки, очень интересные камушки. Очень-очень интересные…
