— Я понимаю, — Шон добродушно улыбнулся, а в голубых глазах мелькнул озорной огонек. — Незнакомый город, незнакомые люди… все такое непривычное. Да еще вся эта суета съемочная. Ты раньше снимался в сериалах? — Роб мотнул головой. — Понятно. Здесь совсем другой темп съемок, другая атмосфера… Больше похожая на конвейер. И новичкам бывает тяжеловато. Поверь моему большому опыту. Но ты привыкнешь, не переживай, — Шон ободрительно пожал руку Роба. Во взгляде этого парня была какая-то… потерянность. Хотелось что-то сделать, как-то помочь, сказать что-то ободряющее, чтобы он не чувствовал себя не в своей тарелке, чтобы улыбнулся в конце концов… И Шон почему-то решил, что возьмет над Робби своеобразную опеку, и поможет влиться в коллектив, и адаптироваться к непривычным съемкам. — Может, вызовем горничную, чтобы навела порядок, а сами спустимся к тусовке?
— Спасибо, но нет, — Робби покачал головой и усмехнулся. — Мой лимит на громкую музыку и шумное общение на сегодня исчерпан.
— Ну, как знаешь. Но горничную все же вызови, — Шон подмигнул Робби. — И знаешь, завтра ведь выходной. Хочешь, я покажу тебе Ванкувер, который ты полюбишь с первого взгляда? Я в этом городе частый гость и знаю парочку красивейших мест на побережье. Тут, конечно, не Лос-Анджелес, и искупаться вряд ли удастся, но завтра обещали солнечный день, и можно просто наслаждаться видами на океан. Что думаешь?
— Я бы не отказался, — Робби пожал плечами. Предложенный Шоном вариант, как провести свободный день в практически незнакомом городе, показался Робу спасением, чтобы не зацикливаться на своей проблеме по имени Колин О’Донохью.
— О’кей, завтра зайду за тобой где-то ближе к полудню. У меня здесь своя машина. Я на ней, собственно и приехал из Лос-Анджелеса. Не могу подолгу обходиться без своей «девочки», — Шон снова подмигнул Робу и добродушно улыбнулся. — Тогда — до завтра. А я, пожалуй, все же встречусь с коллегами.
Робби некоторое время смотрел вслед удаляющемуся Шону и думал, что отдал бы многое, чтобы сейчас оказаться за рулем своей «девочки» — только скорость могла дать ему ощущение свободы от проблем и пусть хоть иллюзорное, но спокойствие.
— Про горничную не забудь, — Шон шутливо пригрозил Робби пальцем, перед тем как зайти в лифт, чем наконец-то вызвал на лице парня улыбку.
— Не забуду.
Пока горничная тщательно пылесосила ковровое покрытие номера, очищая от мельчайших частиц стекла, Роб стоял на балконе, рассматривая ночной Ванкувер. После общения с Шоном у Робби появилось чувство умиротворения и уверенности, что он действительно со всем справится. Вряд ли он подружится с Колином, но эмоции держать под контролем сможет точно. Вернее, у него есть как минимум пара съемочных недель, когда они с Колином не будут даже пересекаться в совместных сценах. Робби приходит к такому выводу после того, как внимательно изучает расписание съемочных дней, которое Патрик прислал ему еще днем. Правда, расписание только на следующие три недели, за которые будет отснят материал для первых двух серий, но и этого достаточно, чтобы морально подготовиться к дальнейшему неизбежному общению. Накопившаяся за день усталость и эмоциональное истощение клонили Робби Кэя в сон, но он за каким-то чертом решил наконец-то посмотреть каст этого сезона, а потом совершенно случайно… набрал в поисковике «Киллиан Джонс» и обомлел… Сотни, нет, тысячи фотографий Киллиана — привычного, живого, настоящего… Его Киллиана. По которому он скучает, которого любит и которого ждет в другой реальности, но вряд ли дождется. Что за черт?! Робби даже показалось, что его Киллиан каким-то чудесным способом переместился в эту реальность… А судьба, или как это правильно называется, свела их снова вместе. У этого Киллиана тоже нет кисти левой руки — ее заменяет металлический крюк. И Робби даже знает, что это абордажный крюк — съемки в «Пиратах Карибского моря» не прошли даром. Роб пролистывает кадры один за другим: вот Киллиан усмехается, кривя уголок губ, вот хитро прищуривает глаза, словно что-то задумал, а вот здесь взгляд полыхает гневом, вот — задумчиво смотрит вдаль, а вот — добродушно и широко улыбается — та самая улыбка, хорошо знакомая Питеру Пэну… Но нет, это всего лишь актер Колин О’Донохью, который чересчур правдоподобно воплотил образ Киллиана Джонса. И от этого понимания сердце болезненно сжалось. Главное — не перепутать реальности, потому что… Потому что Киллиан из той реальности, и Колин в этой — это по сути один и тот же человек. Черт! От всего этого путаются мысли, а мозг грозится взорваться ко всем чертям. Робби захлопнул крышку ноутбука и еще долго лежал в темноте, глядя на огни ночного города за окном и пытаясь разобраться в своих чувствах. Хотя чего в них разбираться? Все просто: Киллиана он любит, а Колина — ненавидит. Все просто. И с этой мыслью Робби Кэй проваливается в сон.
Paper Route — You And I
