Питер задумался: а действительно — что? Робби Кэй был довольно симпатичным и дружелюбным парнем и определенно нравился девочкам, но вот нравились ли девочки Робби Кэю? Он никогда не задавался таким вопросом. Робби почти все свое время проводил с ребятами — в школе у них сложилось целое братство, и они везде тусили вместе: учились, играли в регби, ходили в кино, кафешки, на концерты любимых групп, увлеченно разучивали хиты, бренча на гитарах, дурачились на вечеринках… Нет, девочки иногда разбавляли их мужскую компанию, но Робби то ли их немного стеснялся, то ли они раздражали его своей глупой болтовней и излишней навязчивостью, то ли были безразличны, то ли…
— Я просто пока не встретил свою девушку, — Пэн пожал плечами. — Ту, которая была бы мне действительно интересна.
«Понятно. Ну, будем думать, что у тебя все еще впереди, и ты найдешь свой идеал, — волк покачал головой. — Только с курса не сбейся».
— У меня все нормально с курсом.
«Надеюсь. Что новенького в жизни?»
— А вот как раз о новеньком я и хотел с тобой поговорить. Мы переезжаем в Штаты. И это оказалось слишком неожиданно… Ничего не хочешь мне сказать? — Питер прищурился, глядя волку в глаза.
«Поздравляю. Ты получил то, что хотел».
— Хранитель снова помог Хранителю?
«А вот этот жизненный поворот произошел безо всяких вмешательств, — волк помотал головой. — Могу поклясться, что ни лапу, ни хвост, ни какую-либо другую часть своего волчьего обличия к этому я не прикладывал», — Призрак даже поднял правую лапу, словно и на самом деле произносил торжественную клятву.
— Ладно-ладно, верю, — Питер засмеялся. — Пойдем к Феликсу, Тень доложил, что костер уже разожжён, Уайз вернулся, и они ждут только нас.
Посиделки у костра в ту ночь затянулись и были полны откровений. Феликс рассказал, что ничего не помнит о своей реальной жизни вообще, как, впрочем, и все, потому что подсознание всегда находится в другой реальности, какой бы она не была, а для сознания эти миры закрыты почти всегда. Для всех это две параллели, которые иногда, искривляясь, пересекаются. И только у Хранителей параллели переплетаются, и они помнят о реальной жизни здесь и о другой реальности, когда возвращаются в настоящую. И они помнят всех, кого встречают в своем другом мире, и даже намеренно могут «устроить» встречу в реальной жизни, а вот Хранителей не помнит никто. А еще они могут считывать информацию о людях не только здесь, но и в настоящей реальности тоже. А вот Странники — это особый вид подсознания, которому не сидится в своей реальности, поэтому оно все время «скользит» по мирам. И воспользоваться можно только открытыми порталами, договорившись с тем, кому он принадлежит. И что зачастую это темные порталы, светлых в его практике попадалось мало, поэтому с Феликсом путешествует Уайз — он и сам не помнит, откуда взялся этот странный ворон, но он отличный разведчик, который исследует порталы прежде, чем туда шагнет Феликс. Для Уайза не существует никаких границ, а вот сам он может совершать переходы только с помощью фонаря или вместе с хозяином портала. Темные порталы — это всегда неприятные испытания, таящие в себе опасность и нежелательный опыт, но он научился их проходить без особых для себя потрясений. Правда, для этого потребовалось некоторое время и один раз чуть не поплатиться жизнью, о чем теперь напоминает небольшой шрам на груди, ровно там, где сердце, и три глубоких почти параллельных отметины на правом плече, которые остались от когтей Уайза. Если бы не ворон, то все закончилось бы куда печальней. Оказывается, что умереть во сне очень даже реально, но Уайз «вырвал» его из той темной реальности. И с тех пор Странник прислушивается ко всем его советам, особенно, что касается путешествий через порталы. Питеру очень хотелось узнать подробности этой печальной истории, но он боялся будить воспоминания, которые, судя по всему, были Феликсу неприятны. А размышляя над всем услышанным, Пэн вдруг понял, что в тот день, когда появился Феликс, потерянных мальчиков не было, и это могло означать только одно:
— Ты пришел в Неверлэнд из того темного портала, что на берегу?
Феликс долго, молча смотрел на Питера, будто размышлял — может ли он довериться ему, а затем медленно кивнул.
— Но я не видел там никаких следов, — Питер вспомнил, как рассматривал отпечатки на берегу, и был уверен, за границей портала следов не было.
— Уайз замел все следы, — Феликс ухмыльнулся. — Смышленая птица… Я хотел попасть к Хранителю.
— Зачем?
— Хотел отыскать свою реальность. Устал бродить по чужим мирам. Уайз сказал, что только Хранитель мне сможет помочь, поэтому я рискнул… и не пожалел.
— Но я не смог тебе помочь…
— Это не ты не смог, это я не захотел. Сам не думал, что захочу остаться… Но потом увидел тебя и решил, что не хочу ни в свою реальность, ни в чужие миры, хочу остаться с тобой здесь.
— Боже, Феликс, мне так жаль…
— Не нужно, Питер. Я не жалею о своем выборе… И даже после того что случилось сегодня… — Феликс замолчал, подбирая слова. — Я все еще хочу оставаться твоим другом, если ты не против.
