Провинция, как есть провинция. Спать ложатся рано и, действительно, что ещё делать зимой? Накинув на себя отвод глаз, я, хрустя снегом, начал обход улиц спящего городка. Тихо. Морозно. Где-то далеко, через две улицы, изредка взлаивала какая-то бестолковая шавка. Начал с окраин. Проходил вдоль улицы, где открывая калитку, где перелезая через невысокий заборчик, а где и поддёргивая себя телекинезом для преодоления более высокой ограды, подходил вплотную к домам, касался стен и слушал, выискивал альф (к детям ходили только они), если надо усыплял и перебирал воспоминания. Чего я только не насмотрелся! При этом, чем ближе к центру города и, соответственно, к богатым домам тем интимная жизнь здешнего населения становилась всё насыщеннее. Интересовался я в основном только воспоминаниями секса — интерес к детям был только в этом направлении. Скажу только, сексуальная жизнь состоятельных жителей Майнау весьма разнообразна — каких поз и сочетаний партнёров только не было. Были даже особые любители-зоофилы. Но те, кто мне был нужен пока не попадались. А, нет, есть что-то… Волосы Сиджи весьма приметны и вот в одном из слайдов памяти толстого альфы, храпевшего в спальне на втором этаже особняка возле высокого тощего коротковолосого омеги, мелькнул бордовый отсвет. Контроль. Я шуганул дремавшего омегу, будя его как бы дуновением страха и внушая безотчётное желание встать. Тот встал, зевнул, подошёл к окну, встрёпанные беспокойным сном тёмные волосы торчали в разные сторòны. Иди сюда, дорогой, ближе… подключение к глазам. Омега непроизвольно качнулся. А теперь, мой золотой, посмотри на своего супруга. Чёрт! Темно. Нихрена не видно. Свет, мне нужен свет. Полусонный омега, повинуясь мне (а пока он до конца не проснулся это возможно) пошарил по прикроватной тумбочке в поисках спичек. Нашёл, зажёг свечу. Ну же, освети спящую морду — он это или нет? Рука омеги дрогнула — он всё больше осознавал себя. Тусклый свет упал на лицо спящего альфы, его толстый живот мерно колыхался от храпа под атласным одеялом. Он! Я сжал кулаки. Ещё один! Что-то почувствовав, омега прикрыл ладошкой рот, рука со свечой ходила ходуном:
— Кто здесь?
Никого, золотце, никого здесь нет. Омега, всё больше и больше раздираемый страхом, поставил свечу на тумбочку, собираясь лечь. Э, нет, спать я тебе не дам. Давай чеши в другую комнату. Там, за стенкой другой омега спит. Вот к нему и дуй под бочок. Омега пошатываясь встал и, путаясь в длинной ночнушке, вышел из спальни. Давай-давай, иди уже. Дверь закрой! Проследив как тощий энергетический силуэт, шаря рукой по стене прошёл в соседнюю комнату и рухнул на кровать к еще одному омеге (второй был предварительно усыплён, чтобы не проснулся от возни) и, прижавшись к нему со спины, обнял рукой (всем спать, Я сказал! накрывая дом гипнозом сна), я вновь обратил своё внимание на извращугу. Что же с тобой делать, а? Развлечёмся?
Крафт Нессельриден, известный в городе торговец зерном не услышал, как один из трёх его супругов, Хильд, вышел из спальни. А проснулся от непередаваемого, сжигающего разум ужаса. Хрюкнув и громко пустив под одеяло злого духа, он с сипом и свистом втянул спёртый воздух жарко натопленной спальни — Крафт любил спать в тепле.
Оставленная Хильдом свеча так и горела на тумбочке. Фитиль, не снятый с вечера, нагорел и длинная струйка копоти тянулась вверх, причудливо извиваясь в пламени. Крафт откашлялся, повернул голову и вдруг увидел у белой кафельной печи непроглядно чёрную тень. Крафт моргнул, тень качнула головой и шевельнула длинным с треугольным наконечником хвостом, у тени был хвост!
— «Ну здравствуй» — услышал Крафт в свой голове.
— А-а-о… Тх-ы кто?! — выдохнул он.
— «Не шуми — кругом люди спят» — опять в его голове прозвучал голос тени.
Крафт подавился воздухом. Попытался крикнуть, позвать на помощь — из, будто клещами сжатого горла, вырвался бессильный затухающий писк.
— «Детей любишь?» — спросила тень.
Крафт кивнул головой, лишь бы согласиться с тенью — волны безотчётного ужаса перекатывались в его голове и любое движение тела чуть облегчало это состояние.
— «Любишь, значит», — констатировала тень.
Крафт отчаянно замотал головой.
— «Не любишь?» — удивилась тень и придвинулась ближе.
Глаза Крафта раскрывались всё шире и шире, заворожённые непроглядной тьмой тени.
Тень придвинулась почти вплотную и её голова приблизилась к альфе:
— «А знаешь почему?»
Крафт моргнул, не отрывая от тени взгляда побелевших от дикого ужаса глаз.
— «Просто ты не умеешь их готовить» — набатом прозвучало у него в голове.