Ар отошёл от кровати снова заснувшего приказчика и сел на постель. Ну как же? Ну вот же, вон там! В том углу — келе! Ар уставился в страшный угол, пытаясь что-то в нём разглядеть.
Постепенно его голова отяжелела…
Ему снился сон. Человек в кепке с длинным козырьком и кокардой в виде орла широко раскинувшего в сторòны крылья, одетый в странную одежду серо-стального цвета с блестящими пуговицами, в невысоких сапогах, сидел на необыкновенном железном сооружении, выше человеческого роста. Колёс у сооружения не было, а только какие-то странные ребристые железные ленты по бокам, а ещё из того на чём сидел человек торчало длинное бревно. Человек играл на странном музыкальном инструменте — по нему надо было водить губами и дуть в него воздух. Инструмент пиликал и выводил навязчивую мелодию:
Человек оторвался от инструмента, подмигнул Ару, радостно оскалил белые зубы и произнёс: «Deutschland über alles» (странно, что это за местность такая, которая превыше всего? — подумалось Ару), а затем снова уткнулся в свой инструмент:
Августин, Августин,
Откуда-то снизу из люка того на чём сидел весёлый человек, вылез ещё один, скорчил недовольную рожу:
— Ганс, ты задолбал (так, по крайней мере, показалось Ару), поехали!
Странная конструкция, на которой сидел Ганс взревела как тысяча быков, окуталась сизым вонючим дымом, качнулась и вдруг резко трòнулась, с боков закрутились колёса, бежавшие по железным гибким лентам. Голова Ганса качнулась и он, обернувшись, помахал Ару на прощанье, уезжая в кроваво-багровый закат, гремя железом и сверкая блестящим металлом ленты по которой катились колёса… Окружающая реальность дрогнула, как поверхность воды, звук пропал. Сооружение с Гансом наверху удалялось по пыльной грунтовой дороге от Ара и вдруг подскочило от удара снизу, комья земли, пыль и пламя взметнулись вверх, медленно, беззвучно, как во сне, осыпались вниз, подсвеченные закатным солнцем, что-то круглое подкатилось к ногам застывшего Ара. Голова Ганса с ощеренным ртом, разлохмаченными белокурыми короткими волосами, вся перепачканная в пыли, лицом вверх оказалась рядом с альфой, из залепленных кровавой грязью глаз, пропитывая толстый слой пыли, тёмными пятнами успели растечься слёзы…
В гроб ложись, смерти жди… Всё прошло, всё…
Ар очнулся, шею ломило — он задремал сидя на кровати, привалившись спиной к стене. Что за наваждение? И где келе? Где он — проклятое порождение северных шаманов?
Лёгок на помине. Расширенными от ужаса глазами Ар смотрел как из самого тёмного угла, в изголовье кровати Дица, по давно неметёному полу спальни приказчиков к нему, поджавшемуся на постели, отпечатываясь на полу светящимся мертвенным зеленовато-тухлым светом и прогибая доски немалым весом, двигаются следы. Здоровенные следы — не меньше лапы полярного медведя с такими же монструозными когтями. Келе идёт к нему, чтобы забрать душу!
— Душ-шу… Заберу-у… Душ-ш-у-у…, - услышал альфа в ушах страшный вкрадчивый шёпот.
Что-то сильно толкнуло в грудь — Ар задохнулся от удара, и, глядя остановившимся взглядом, он вдруг увидел, как из его тела вышел призрачный полупрозрачный он сам — Ар и начал растерянно оглядываться по сторòнам. Душа… Непроглядно чёрный зверь с воем, пробирающим до костей, навалился на призрачного Ара и начал мять его, рвать на куски. Призрачный Ар метался, беззвучно открывал рот в немом крике…
Ар заорал в полный голос, сорвался с кровати, подскочил к ничего непонимающему со сна Дицу и начал его трясти:
— Вставай! Не спи! Келе! Он пришёл! Он заберёт меня! Не спи! Он и тебя заберёт! Не спи, Диц!
В голове обезумевшего Ара крутилась заевшей пластинкой навязчивая мелодия:
Диц отмахнулся от вцепившегося в него Ара, пытаясь оторвать от себя трясущиеся жилистые руки. Ар не отпускал. Альфы сцепились и, упав с кровати, покатились по полу.
В комнату со свечой вбежал один из прислужников-омег… Поднялся шум. Принесли ещё огня. Ара, рыдающего в голос, спеленали и положили на кровать, а Диц перебрался в другую комнату. До утра Ар больше не спал, трясясь и вздрагивая от малейшего звука…
Утром связанного Ара увезли в лечебницу.
Ну вот и всё! Келе, конечно, не отпустит из своих цепких лап разум ещё одного насильника. Я позабочусь об этом.
Обследования города продолжались и увенчались успехом! Я нашёл ещё двоих.