Нет, в более зрелом возрасте альфы-искусники могут иметь омег-истинных (правда, не более одного — большее количество чревато отрезанием от Великой Силы — альфа становится черезчур эмоциональным), там, конечно, бегают свои тараканы, — ну, например, альфа-искусник в силу эмоциональной холодности весьма неприятный супруг для гиперэмоционального омеги (не в смысле, что не любит супруга, а просто чувства омеги, его мироощущение не всегда находят отклик у альфы) — эдакий терминатор-шварцнеггер с каменным лицом — сделает всё для супруга, отдаст жизнь, если надо, но останется рациональным до мозга костей бесчувственным (внешне) болваном.
Но кто из альф имеет омег-истинных в 13 лет? Династические браки знати всех сортов — исключение. Но там, как правило, и альфы не искусники. Вообще, царствующие дома Эльтерры на редкость мало имеют в своём составе искусников. Те тоже, в свою очередь, не стремятся править государствами — слишком хлопотное это дело. А политика никогда чистотой не отличалась. Искусники, чувствующие ложь и не могущие вредить друг другу, сторòнятся политики как только могут. Власти Лирнесса единственное исключение на всей Эльтерре.
И вот у нас, тут, в Майнау омега-искусник-менталист! Сидит, молчит, пьёт кир… Тряхнуть бы его как следует, чтобы раскололся до самой жопы. Хм-м. До жопы… Но нельзя. Сила Великая не позволит. В каком-то смысле это хорошо. Ведь и он, как менталист, не может на нас воздействовать. А там… Там может быть всё, что угодно… Сила оме-менталиста неизвестна, на какое количество людей он может воздействовать одновременно? В литературе встречаются сведения, что были менталисты, способные воздействовать на целые армии… Страшная сила, если честно… Повезло нам с Вальтером. Повезло… Отто рассказывал, что этот оме, когда его зажали декады три назад, угрожал весь город положить. Ну, положим, с искусниками у него это не пройдёт. Вот только, сколько нас, искусников, в Майнау? Двадцать человек…
Подали горячее… Возбуждённые наличием сразу двух альф, трое омег-официантов пусть и не сильно, но выделяющих феромоны (суки такие!), быстро накрыли стол. Разлили к нежному, тающему во рту, мясу неплохое красное вино (с винами Шиарре, конечно, и рядом не стояло!). Жгучее любопытство с их сторòны, немножко сексуального возбуждения, интерес и в мою, в том числе, сторòну. Хотя по длинным волосам чётко видно, что я знатный омега, но тем не менее…
А вот интересно, хлеб-то подали серый (смесь пшеничной и ржаной муки). И это лучший ресторан в городе! По-видимому, всю пшеницу выкупили для наместника — надо уточнить у Дитрича — кому он загнал остатки пшеницы. Майнау теперь столичный город Тилории (всё, что осталось от весьма крупного королевства) — надо соответствовать статусу. Хотя я бы на их месте попытался растить пшеницу тут — всё равно большая часть года тёплая — зима из десятимесячного здешнего года составляет только два с половиной месяца. Хоть лето относительно короткое и сырое — море рядом. Зато травы — море. Сыры и молочка всех видов! А алкашку можно из мёда делать. Пиво, опять же. Аквавиту тут всё равно никто не пьёт.
— Sic (Итак), — начал я прерванный разговор, — Ego non audiebam aliquid a te. Ille est cur. Dicam quid novi de quinto elemento… (толком я от вас ничего не услышал. Поэтому. Я вам расскажу, что мне известно о пятой стихии…)
— Unde tibi hanc informationem impetro… Ome (Откуда у вас эти сведения… Оме), — прервал меня Гуго
— Taceo de hoc Hugo interrogante. Non habeo tibi omnia dicam? Ita? (Позвольте мне умолчать об этом, дознаватель Гуго. Я ведь, не обязан раскрывать вам всё? Так?) — надавил я на альфу, — praeterea uterque vestrum semper sentire poteritis utrum verum dicam an non (кроме того, вы оба всегда сможете почувствовать — правду я говорю или нет).
— Sit scriptor committitur (Начнём), — я отложил столовые приборы, откинулся на высокую спинку стула, на котором сидел, поставил пальцы рук домиком перед подбородком, постучал ими друг о друга, разглядывая ногти, хм, подровнять бы надо, — Quomodo explicas? Hic. Ex quis expedita. Aquam. Potest solidus, liquidus, in vaporem vertit. Aqua urere potest… (Как бы вам объяснить? Вот. С чего попроще. Вода. Она может быть твёрдой, жидкой, превращается в пар. Вода может гореть…)
Альфы удивлённо подняли брови.
— Forsitan, fortasse. Videmus eiusdem aquae quatuor varietates. Sed quid est aqua? Scisne? (Может, может. Мы видим четыре разновидности той же воды. Но из чего состоит вода? Знаете?)
Молчание.
— Bene aqua — aqua est (Ну, вода — это вода), — выдавил из себя Вальтер.
— Ita est intelligibile, sed quid est compositio? Nescit aliquis? (Да это-то понятно, но какой у неё состав? Кто-нибудь знает?)
Опять молчат.
— In universum scis quid spiramus homines? (А вообще вы знаете, чем мы, люди, дышим?)
— Per aerem?(Воздухом?) — ответил в этот раз Гуго.
— Plane aerem esse manifestum est. Quid est aer? (Да понятно, что воздухом. А что такое воздух?)
Тишина. Я вздохнул. Чтобы получить ответы на эти вопросы человечество на Земле прошло большой и нелёгкий путь познания.