Захлебнулся рот в крике нестерпимой боли, с широченной тарелки конской головки члена текло… Текла яркая, жёлтая, как расплавленное золото, энергия. Капли её беспорядочно брызгали на тело лежащего подо мной обессилевшего демона, дёргавшегося от этих попаданий, на камни между которых мы дрались, на мои ноги, обжигая их словно кипятком…
— «Наиважнейший, я убил в тебе жизнь…» — опять едва слышно прошептал демон.
Да пошёл ты!
Я взмахнул крыльями, осознание происходящего стремительно возвращалось ко мне. Этого обон отпускать нельзя ни в коем случае. А потому…
Для проверки махнув пару раз крыльями (работает!), я нагнулся к лежащему изуродованному мной демону, схватил его за одну из ног и выволок из капкана, которым оказались здоровенные валуны, между которых мы упали. Полетаем ещё!
С натугой оттолкнувшись ногами, я взлетел и, с трудом поддерживая себя взмахами крыльев и повышенным расходом силы, потащил ослабевшего от энергетического истощения и ран высшего демона по ущелью, подальше от входа в долину. Этого замочу и заодно вход в заповедник перекрою. Радуясь, что демоническая сила так быстро расходуется, а чем её становилось меньше, тем лучше я себя чувствовал, я с грузом, удерживаемого вниз головой за ногу демона неспешно летел к следующему повороту сети ущелий, по которым мы четвёртого дня вылетали из долины.
Присмотрев подходящее место — там, где ущелье максимально сужалось, уцепился когтями ног за обрывистую стену и телекинезом вытащил из скалы цилиндр гранита длиной метра четыре и диаметром в две ладони — шпур в который я решил поместить извлечённое из этого демона энергетическое ядро. Он — высший и если уж его ядро рванёт, так рванёт.
— Мы прилетели…, - прорычал я сорванным от криков горлом.
— «Куда, наиважнейший», — опять прошептал едва живой демон.
— Узнаешь, — краткость — сестра таланта.
Цилиндр, извлечённый из шпура, давно нашёл своё место среди обломков скал глубоко внизу, в мрачной тени никогда не освещавшегося лучами Эллы ущелья.
Ещё одно.
Тело демона было пришпилено гранитными кольями ко дну ущелья (его немного пришлось разровнять). Я сидел на склоне высоко над ним и невидимыми пальцами телекинеза пытался ухватить его ускользавшее ядро. В энергетическом зрении демон равномерно светился, хотя и не так ярко как в момент нашей встречи. Не удивительно, мы дрались, тело его повреждено и сейчас судорожно тратит немногие оставшиеся силы на регенерацию.
— «Что ты де… ш-шь» — пришло от демона, когда я смог, наконец, выловить его ядро и рванув телекинезом неподатливую плоть, так, что от натуги пришлось ощериться и оскалить зубы, тянуть и тянуть перламутровое ядро размером с голову пятилетнего ребёнка. Ядро вышло, а демон ещё живой, с начавшими затягиваться ранами, беззвучно разевая рот, задёргался, распяленный на каменных кольях.
Ядро, угрожающе потрескивая и распространяя вокруг запах озона, висело в воздухе прямо перед моим лицом.
… Так, довольно наслаждаться созерцанием ядерной бомбы (из ядра же, значит ядерная). Трещащий перламутровый шар был помещён глубоко на самое дно шпура.
Дыра заткнута каменной пробкой и я, не обращая внимания на ещё живого демона (хм, а средний без ядра почти сразу осыпался прахом), рванул высоко вверх, в небо.
Валим! Валим! Валим!
Судорожно размахивая крыльями и помогая себе изо всех сил телекинезом и левитацией, я что есть мочи рвался сквозь неподатливый воздух на восток, чуть забирая влево, к северу.
Сверкнуло. Горячая вспышка излучения настигла сзади, обожгла спину, внешние поверхности крыльев, руки и ноги. Не дожидаясь ударной волны, я круто спикировал вниз и прижался к неровной поверхности, противоположной взрыву первой попавшейся скалы. Уцепившись за какие-то трещины руками и ногами, обернувшись крыльями и, уткнув лицо в подмышку, зажмурился.
Гору трясло, она ходила ходуном, сверху что-то сыпалось, всё вокруг заволокло пылью, а потом пришла ударная волна.
Она прòнеслась где-то вверху надо мной, но я едва смог удержаться, ломая когти, втискивал их в трещины и щели. Держаться! Держаться! — билась в голове только одна мысль. Упругий воздух мотанул тело, как повешенную для просушки тряпку, осыпал сверху пылью, мелкими камнями, колючими ветками каких-то местных кустов. Потоки Великой Силы перебаламученные взрывом демонического ядра взбесились, разошлись от места взрыва в сторòны, а затем, как вода, хлынули обратно и в беззвучном всплеске фонтана сошлись, взметнувшись высоко вверх и опали, расходясь кругами. Теперь и сам чёрт не сможет найти никаких следов. Ни нашей драки, ни полёта.
Отдышавшись и осторожно покачивая из сторòны в сторòну пальцы, я вытащил глубоко вбитые в скалу когти (не хочется оставлять их тут — больно, да и следы лишние). Взлетел повыше… Ну что можно сказать… ущелья нет… Окрестные горы, стоявшие до взрыва с белыми вершинами многолетних ледников, избавились от своих украшений. Круто, чё… В общем, с этой сторòны сухопутной дороги в длину больше нет.
Ну, а мы движемся дальше. И побыстрее, пока Великая Сила ещё не успокоилась.