Нет, надо пойти в тканях порыться. Может быть, тогда и придут какие-то мысли в голову. Захватив с собой импровизированный блокнотик и карандаш, мы с Эльфи вдвоём — Веник был оставлен на Сиджи, Юта и Адельку, вот-вот долженствующего прибыть из школы, пошли по лавкам торговцев тканями. Проворные приказчики, где альфы, а где и незамужние омеги трясли и раскидывали по прилавкам перед нами ткани цвета «Наваринского дыму с искрой» или бедра испуганной нимфы.
В Лирнессе тропики — поэтому на бал либо шёлк, либо… да без всякого либо — только шёлк. Долго толкаясь с такими же придирчивыми покупателями в лавках, я натолкнулся на жаккардовый шёлк серо-стального цвета с отливом (слава Силе не бодоанский!). Пойдёт на камзол с рукавами… О! Мысль, творческая мысль модельера пробила…
Так-так-так! А вот если так? Длинный чуть ниже колена серо-стальной камзол со стоячим воротником, под него жилет без рукавов почти чёрный, подходящая ткань тоже попалась, она же пойдёт на обшлага и окантовку пол камзола, под жилет светло-бежевая рубашка, тоже со стоячим воротником, в цвет её прямые свободные брюки. Там же в тканом ряду был куплен здоровенный пучок цветного шёлкового мулине на шитьё, нитки для пошива, клеевая основа (тут и до этого додумались!).
Для Эльфи была найдена миленькая бледно-голубая смесовая тоже жаккардовая ткань (шёлк с хлопком) со стальным оттенком (для соответствия костюму оме), атлас того же цвета на лацканы брючного костюма по типу смокинга (а такое тут не носит никто!), на окантовку клапанов боковых карманов и обшлагов рукавов широкая золотистая атласная лента. Смокинг для омеги будет своеобразный — с закрытым горлом, но открытой грудью, для неё, то есть, для отсутствующей груди пошьём кружевное чёрное боди. Кружавчики будут кокетливо выглядывать из-под лацканов, будя фантазию, каждого взглянувшего на моего Личного Слугу.
Под новые костюмы нам будет нужна новая обувь — поэтому к башмачнику. Всё тот же седой дяденька в испятнанном фартуке и мятом колпаке, судя по всему, по самые брови заваленный срочной работой (знатных омег в Лирнессе много и всем хочется щегольнуть на балу новой обувью, пошитой к новым же костюмам), тяжко вздохнул, но отказываться не стал, снял мерки и вынес нам образцы кожи. Серо-стальной для меня и просто серой для Эльфи. Заказ мы оплатили, готово будет через четыре дня (никак быстрее не могу, оме, хоть режьте!), прямо в день бала.
Ох-хо-хо! Всё это обошлось нам в два! Сука! Два талера!
Идём шить. И ещё вот чего. Для костюмов пуговицы будут нужны. Ну, у меня, положим, на камзоле пуговиц нет, только жилет, там их надо будет подбирать под цвет вышивки, а Эльфи? Пока переходили по вверх и вниз пробегавшим улицам города, я размышлял о том, где взять пуговицы для омеги. Лавка морепродуктов, мимо которой мы проходили, натолкнула меня на мысль — раковины! Перламутр. Надо просто взять несколько, разломать, подобрать по оттенку, и вот вам перламутровые пуговицы! А металлический каркас из серебра!
Объясняя Эльфи задумку, я толкал его плечом, рассказывал, размахивая руками, а омега стоял и смотрел на меня снизу вверх странно заблестевшими глазами.
— Оме, — шмыгнув носом, выдохнул Эльфи, — вот вы… мне…
— Да, Эльфичка, да, — я привлёк Эльфи к себе, чмокнул в макушку, — тебе… Будет у тебя самый красивый костюм на всём балу! Ни у кого такого не будет!
Тот, не стесняясь, ткнулся мне в грудь мокрым носом, прямо у лотка с креветками, устрицами, осьминогами и мидиями, сохраняемыми на такой жаре под ледяным стазисом. Мелкий омежка, торговавший всем этим добром, выбирая мне пару раковин похожих на каури, только здоровенных — с полголовы, хитро мне подмигнул.
Но-но. Это мой Личный Слуга. Мне можно. Я снова чмокнул омегу в макушку:
— Пойдём, Эльфичка, жарко тут, а тебе нельзя…
Купленные раковины я тут же закинул телепортом на стол в своём кабинете, Эльфи счастливо вздохнул и мы, полуобнявшись, побрели по улице, ярко освещённой отвесными лучами Эллы.
Шли, разглядывая дома, раскрашенные всеми цветами радуги — казалось, жители Лирнесса решили посоревноваться друг с другом в раскрашивании своих жилищ, улочка была заставлена здоровенными вазонами с цветами, красными, розовыми, белыми, голубыми. Причудливый узор, вырезанный в камнях мостовой и выделенный для большей заметности белой краской, вёл нас за собой. По моему, нам вот в тот переулок надо… А там и наша Шнорштрассе. Эльфи, шедший рядом приобняв меня за талию, после того, как мы вошли в тенистый переулок, напрягся:
— Оме, я был тут…
— Ну, был и был, — не удивился я — мало ли кто из моих, где ходит?
— Нет, оме… я раньше тут был…
— Ну, был раньше и что такого?
— Ой, оме, ничего вы не понимаете… Я тут был во сне…
— Да как же тебя понять, если ты толком ничего не говоришь… Во сне… бывает, чо… Мне тоже вот иногда снится… всякое…
— Нет, оме, — Эльфи отлип от меня и, заглядывая мне в лицо, теребил рукав моей рубашки, — помните там, в лесу, сон мне снился… такой… с альфой…
Помню, конечно. Я же сам тебе этот сон и создал.