Лисбет молча отрицательно мотает головой, затем шепчет, так и не отрывая алеющего лица от моего плеча:
— Никогда… В литературе и у пациентов только…
— А почему не было?
— Я… оме Ульрих, простите, о таком…, - смущение понемногу оставляло Лисбета и он смог говорить, — я видимо, так сроднился с Великой Силой… ещё в детстве…
Понятно. Омеги-целители нефертильны полностью, а Лисбет такой с детства, вот и…
И вот опять, Сила Великая… Подсовываешь мне девственника, так что ли? Шиарре… развратник был, да… Дитрич, ну, не знаю… Хотя, всё, что я с ним проделывал… оно там, где-то рядом… Вивиан… клейма ставить негде… хотя и жалко его…
И вот они — двое красавцев — Лисбет и Гризелд… Не хочешь грязных, Саня, получи чистеньких… Делай с ними что хочешь… И ведь, правда, вывод-то такой напрашивается. На одного у меня стоит, так, что дым идёт. А у другого на меня и тоже с такой же интенсивностью.
— … оме Лисбет… — долго собираюсь с мыслями, а Лисбет ждёт, — что во мне есть такого, что вас привлекает? Почему у вас такая реакция? Поймите, оме Лисбет, я спрашиваю это не из любопытства. Вы — целитель, я — менталист и нам с вами надо понять, почему ваш организм так на меня реагирует. Вы меня видели в разном виде, поэтому оставим визуал в сторòне. Должно быть что-то другое…
Ну, вот, загрузил. Лисбет медик. Талантливый медик. И анализ своего состояния ему поможет немного снять напряжение. Да и потом, просто интересно — к каким выводам он придёт.
— Оме… Ульрих…, - Лисбет, размышляя над моим вопросом, убрал руку из промежности, в задумчивости потёр лоб, а я скосил глаз между ног омеги. Хм… И где? Да там нет ничего!
— Мне кажется, оме Ульрих…, - начал вслух размышлять омега, а я осторожно снял его со своих колен и поставил перед креслом в котором сидел, Лисбет не заметил, погрузившись в размышления, — да, я думаю, что здесь целый комплекс причин…
С интересом смотрю на Лисбета. Целиком. В том числе и в промежность. Бугорок просматривается. Но… Его размеры… Скажем так, незавидны. Сопоставляю со своей благодатью. У меня больше. Однозначно. Так-так… Если у меня сантиметров двенадцать, а торчит заметно — достаточно школу Гризелда вспомнить, то… если у него в состоянии эрекции почти и невидно ничего, то дай Сила сантиметров шесть в возбуждённом состоянии…
У альф всё это начинается от двадцати сантиметров.
Вот так вот… Такие вот мысли о чужих хуях.
— … так вот, оме Ульрих, видимо все эти обстоятельства и сыграли свою роль…
Стоп-стоп-стоп! Какие обстоятельства? О чём ты? А… Понятно…
Я прослушал, но поскольку менталист, и раз разговор был в моём присутствии, то восстановить сказанное для меня не проблема. Короче, Лисбет пришёл к выводу, что и тактильный контакт, и запах и новый восстановленный визуал, то есть мой облик, сыграли свою роль. Кроме того, Лисбет, видимо много вложил в меня своих сил — и лечил и других целителей уговаривал и я для него стал ценимым человеком. А его психологический срыв и катарсис от прослушанной музыки и последовавший затем рассказ о Римской империи и очередной музыкальный опус сделали нас эмоционально близкими людьми. По крайней мере, он так считает. И вот результат.
— Оме… Ульрих…, - удивлённо прервался на полуслове Лисбет, осторожно дотрòнулся до промежности.
— Всё прошло? — смеюсь я одними глазами.
Лисбет молча потрясённо кивает.
— Хотите я вас поцелую, оме Лисбет? — провоцирую я, ухватывая ручку Лисбета и подтягивая его к себе, — в научных целях, а?
Подтаскиваю слабо сопротивляющегося омежку к себе, встаю из кресла и, под негромкий ах, взяв в ладони милое личико, начинаю его целовать.
Лисбет неумело пытается отвечать, затем снова алеет, его бросает в жар и он перехватывает мои руки своими. Останавливаюсь:
— Снова?
Тот молча кивает, не отрывая от меня своих невообразимых глаз. Наши лица так близки, что я вижу своё отражение в его глазах. Снова приникаю у его устам и он прикрывает глаза, отдаваясь поцелую и чувствам. Наличие эрекции уже не беспокоит омегу. Целоваться же так приятно!
Но с экспериментами, тем более научными, надо на сегодня завязывать. Я же его на бал решил с собой позвать. А мой приход пошёл куда-то не туда…
— Оме Лисбет…, - глаза омеги, затуманившиеся, покрытые какой-то пеленой медленно возвращаются в осмысленное состояние, — у на с вами есть ещё одно поле для экспериментов…
— А?..
— Я должен вам показать стадии оргазма у омег…, - снова приникаю к таким сладким губам Лисбета, глаза его снова затуманиваются, — а потом, — отрываюсь от омеги и продолжаю изливать в ещё неокрепший после поцелуев ум гениальную мысль, — а потом вы в Схоле научный доклад сделаете… На факультете целителей… По сексологии… И занятия практические…, - снова приникаю к губам Лисбета, но тот услышав про доклад, уже не так реагирует на мои действия — голова включилась.
Отлипнув от меня и нетвёрдо стоя на ногах, он минуту приходит в себя, а затем, едва уловимо улыбаясь и щуря ласковые глаза уточняет:
— Практические? Это прекрасно, оме Ульрих… Но, чур, в качестве наглядного пособия я вас приглашу!