… С трудом, разрываю поцелуй, отталкиваюсь от двери и кое-как, не выпуская восхитительное тело из рук, добираюсь до кровати. Едва успев перевернуться, рухнул на неё спиной, прижимая к себе Шиарре, жадно прикусывая его ухо, шепчу:
— Шиарре… ты… здесь… Я… — застываю не в силах признаться, в том числе и самому себе, — скучал по тебе…
Его эмоции говорят лучше слов: жадные прикосновения, нетерпение, удивление, злость и радость… Он словно состоял из противоречивых чувств, и это было так… захватывающе. Наш старый, добрый Шиарре. Это он. Я купался в, казалось бы, забытых ощущениях…
… Я стаскиваю с него штаны, от чего он нетерпеливо ёрзает. Полупрозрачная тряпка отброшена, а я, наконец, получил возможность рассмотреть своего любовника. Шиарре. Он. Его тело. Знакомое мне тело, вон и пара крохотных родинок на плече…
… — Оме, оме, — тормошит меня кто-то за плечо, — что с вами?
Поднимаю на склонившегося надо мной омегу средних лет, лицо с полыхающими нестерпимым жёлтым светом глазами и тот испуганно отшатывается, прикрыв в ужасе рот пальцами. Перебирая руками по стене, встаю. Снова вижу море. Теперь уже ярко блещущее под лучами Эллы. Мне туда… туда…
… что ж ты боишься: кровь или слезы?..
… Быстро переворачиваю омегу на живот, убираю золотистый шелк волос и прижимаюсь губами к основанию шеи. Рукой провожу по боку, едва касаясь нежной кожи, вызывая в хрупком теле дрожь. Щекотки боишься? Зна-аю…
… Поцелуями-укусами я стал спускаться к лопаткам, обвёл выступающие косточки языком, проследил губами каждый позвонок. Тело подо мной расслабилось и обмякло, полностью доверившись мне. Веду языком по канавке позвоночника, спускаясь ниже, к пояснице и не сдерживаясь, трусь об неё щекой, вызывая довольный вздох у своего золотоволосого наваждения. А как иначе, чем наваждением, это можно назвать?..
… Легонько прикусываю кожу на ягодице, и оглаживаю бёдра руками. Шиарре довольно мурлыкнул и приподнялся над кроватью, чем я немедленно воспользовался, запустив руки ему под живот, оглаживая возбуждённый член. И тут же я оказался на спине, а он навис надо мной, зафиксировав мои руки у меня над головой….
… Куски того, что ещё недавно было одеждой (какая одежда? Откуда?), полетели на пол, а мой сосок обхватывают жадные, припухшие от поцелуев губы. Шиарре словно с цепи сорвался, стараясь оставить на мне больше меток и засосов, играет языком со впадинкой пупка, жадно засасывая кожу. Он уже давно отпустил меня, и сейчас тонкие пальцы боролись с завязками моих штанов, а потом стащили их с меня, отбросив куда-то в сторòну…
… Здесь набережная заставлена пустыми по утреннему времени столиками. Тёплый ветерок шевелит концы белых скатертей, которыми они застелены. Оперевшись локтями на парапет склоняюсь, глядя на воду… Белоснежный песок в мелких застругах. Крохотные рыбки, взблёскивая серебристым бочком исследуют бахрому водорослей, разросшихся на камнях стенки набережной… Кха! — сгусток слизи вылетает изо рта расплескавшись зеленоватой кляксой на воде…
… это лишь сорт вина…
— Шиарре…. - выдохнул я, когда головка моего члена погрузилась в горячий рот.
Демоны! Он живой соблазн! Влажно поблёскивающие от слюны, пухлые губы, плотно обхватывающие возбуждённую плоть, горящие серо-зелёным, диким огнём глаза, словно приглашающие попробовать то, что он может дать, волосы, золотым покрывалом рассыпавшиеся по его плечам и моему животу, чуть шевелящиеся в такт моему хриплому дыханию, соблазнительный изгиб спины и выставленная на обозрение попка…
А что он вытворяет языком! То посасывает, как леденец, то вылизывает, то засасывает кожу в подобии засоса, берёт в рот яички, щекочет языком под ними, перебирает их пальцами, словно игрушку, прихватывает зубами кожу, заставляя сыпаться искры из глаз, выгибаться, и практически орать от нахлынувшего желания. Я чувствую, что уже на пике и вцепился в длинные волосы, насаживая глубже, не давая отстраниться или остановиться, а Шиарре, словно почувствовав, зажал, ставшую невероятно чувствительной, головку между языком и нёбом и я с криком кончил…
… В сердце словно что-то треснуло, и наружу вырвалось что-то тёплое, нежное, сильное и… древнее. Словно что-то давно спало там, а сейчас начало пробуждаться от глубокого, неправдоподобно крепкого сна…
… Пальцы мои, только что погружённые в густые волосы оме, неожиданно оказались держащими воздух…
Кто?! Как?! Я же не могу кончить!
… Чудовищная пружина телекинеза с бешеной скоростью отбрасывает лежащее на мне горячее тело. Удар! Тихий стон…
Вскакиваю и бросаюсь к беспомощно лежащему у стены бледному обнажённому телу с неестественно вывернутой шеей…
… Вивиан…
… Трясущимися руками бережно беру в ладони стриженую головку омеги… Вижу в полуоткрытых глазах своё отражение…