— А еще я научу тебя передвигаться по лесу, идти по следу, охотиться… Или ты считаешь, что можешь и дальше жить в праздности? Здесь не отцовский замок, где все пеклись о тебе. Теперь ты перестанешь бить баклуши и будешь учиться стоять за себя.
— Но я всего лишь девушка! — упрямо твердила Виана.
— Нет, Виана, — Волк отрицательно покачал головой, — теперь ты преступница.
Девушку бросило в дрожь. Преступники были злодеями: отвратительными людьми, живущими как дикари в лесах, ведущими себя как звери и вонявшими еще хуже них.
— Это означает, что ты вне закона, — пояснил Волк, неправильно истолковав выражение ее лица.
— Спасибо большое, я знаю, что это означает, — набросилась на Волка Виана, — и это по-прежнему ужасно.
Волк презрительно хмыкнул.
— Если речь о законе Арака, то нет. Подумай хорошенько, — коротко отчеканил он, не добавив больше ни слова.
По сути, Виана и сама много думала. О том, что не раз хотела быть мужчиной, чтобы защищать свои права. О том, что после гибели отца, люто возненавидела дикарей. О том, что убежала от выбранной для нее Араком судьбы, и о том, что Волк прав: она была всего лишь девушкой, но сумела убить одного из самых доблестных вождей. И она не единственная, кто дал отпор захватчикам: во многом в борьбе с Олдаром ей помогала Дорея. А ведь она тоже была женщиной.
На следующее утро Виана проснулась в крайнем возбуждении. Ночью она почти не сомкнула глаз, думая о предложении Волка. Научится ли она охотиться как егерь? Сражаться как воин? Ездить верхом как мужчины? Владеть мечом? Бороться с дикарями?
Неожиданно, всего за несколько дней, ее желания круто изменились. Виана уже не представляла себя бедной, несчастной дамочкой, не мечтала о свадьбе (воспоминания о Робиане вызывали скорее гнев, чем боль). Теперь она видела себя героиней, сражающейся с Араком и мстящей за отца.
Однако Волк разрушил на корню все чаяния, швырнув ей ворох старой одежды.
— Что это? — вскрикнула Виана.
— Мужская одежда, — ответил Волк. — Или ты думала разгуливать по лесу в этом платье?
— Не в этом, — обиделась девушка; она носила те же вещи, в которых сбежала из Торреспино, и давно мечтала переодеться. — Когда ты сказал, что принесешь одежду, я не думала, что она будет такой.
Вместо ответа она услышала сухой смешок. Возмущение Вианы угасло, когда девушка осознала правоту Волка: если она хочет вершить дела мужчин, то и одеваться следует как они.
Виана вернулась в хижину, чтобы переодеться. Это оказалось гораздо труднее, чем она предполагала. Снова выйдя на улицу, девушка сгорала от стыда, думая, что, надев штаны в обтяжку, она выставляет свои ноги напоказ.
— Не смотри на меня так, — буркнула Виана, пытаясь прикрыться руками от пытливого взора Волка.
— Ты рубашку не так надела, — ответил тот и подошел к ней, чтобы исправить ошибку.
— Она слишком короткая! — посетовала девушка.
— Она же мужская. Послушай, а где твой хубон?
— Он плохо на мне сидит, — ляпнула Виана в оправдание и покраснела, потому что на самом деле она попросту не знала, как его надеть.
— Ушам своим не верю, — Волк покачал головой и скрипнул зубами. — Хватит привередничать, здесь тебя никто не видит.
— Ты видишь!
Мужчина закатил глаза и тяжело вздохнул.
— Ты хочешь, чтобы я стал твоим учителем? Да или нет?
— Хочу, — немного помявшись, согласилась Виана.
— Ладно, тогда ступай за мной, — приказал Волк.
Он повернулся и пошел вперед быстрым шагом, так что девушка едва поспевала за ним. В новой одежде она чувствовала себя довольно странно, словно была полуголой. Впрочем, очень скоро Виана свыклась с ней и стала думать о другом.
Во-первых, она с удивлением отметила, что без обычных, тяжеленных юбок двигаться было гораздо легче, а посему быстро позабыла о приличии, точнее, о его отсутствии, и думала лишь о том, чтобы не отстать от Волка в лесной глуши. Это оказалось труднее, чем она представляла: несмотря на обретенную легкость, Виана спотыкалась о каждый корень, ее волосы цеплялись за ветки, а кусты царапали нежную кожу. Но ни единая жалоба не слетела с ее губ.
В глубине души девушка понимала, что решение Волка было разумным и оправданным, хотя отчаянно спорила с ним. Несмотря на то, что забыть заученные с детства привычки было нелегко, Виана была готова стать его ученицей, а потому, наступив на горло своей гордости и глотая подступающие к глазам слезы, изо всех сил старалась доказать, что не ударит в грязь лицом.
Неожиданно Волк остановился и, подняв голову, стал к чему-то прислушиваться. Довольно быстро Виана поравнялась с ним.
— Тише, — шикнул он, но после быстрой ходьбы девушка никак не могла отдышаться и жадно хватала воздух ртом. Бросив на нее сердитый взгляд, Волк наложил стрелу на лук, медленно натянул тетиву и, молниеносно повернувшись, выстрелил.
В зарослях послышался писк, и Виана успела заметить убегающее прочь серое пятно. Волк от души выругался.
— Проклятье! Ты его спугнула, растяпа неуклюжая. От тебя столько шума, что я диву даюсь, как мы умудрились подобраться к нему так близко. Жаль, славная была добыча.