Через час боец вернулся в компании еще одного пограничника, который и принес два деревянных ящика-мины. Сообщил, что когда выдвинулись в нашу сторону, выгрузка уже заканчивалась, но с погрузкой наверняка будут проблемы. Военврач хочет отправить максимально возможное количество раненых, но как грузить тяжелых пока не решили. С помощью пограничника, который, с его слов разбирался в саперном деле, установил в колею дороги обе мины. Сомнения ставить растяжки или не тратить время зря, разрешились, когда впереди послышался звук работающих моторов. Видно кто-то решил проверить, что за самолет сел ночью в поле. Быстро закончил с растяжками, просто, что бы противник остерегался в лес отступать. Сами же решили оборудовать позицию в поле на гребне невысокого холма, поросшего кустарником. Удачно получилось, что на противоположном склоне имелась промоина, уходящая в небольшой овраг. Так что пути отхода нам обеспечены. Пятеро пограничников, в том числе двое расчет ручного пулемета, и я. Знакомиться времени нет, поэтому присваиваю им позывные. Пулеметчики — Первый и Второй, по номерам расчета. Остальные — Третий, Четвертый и Пятый. Себе беру позывной Семерка. Не очень оригинально, но сойдет. От верхушки холма, сдвигаемся ниже по склону. Самая высокая точка на местности всегда привлекает внимание и берется на прицел в первую очередь. Ночь свои позиции еще не сдала, до рассвета пара часов, но уже развиднелось. По хорошему я должен бежать к самолету, ведь именно за мной он и прилетел, но почему-то именно сейчас мне это кажется неправильным. Я видел, сколько раненых привезли и понимаю, что вернувшись, заберу чье-то место. Мне ни кто не возразит и слова не скажет, но сам я буду чувствовать себя отвратительно. Поэтому и тяну время, не понятно на что надеясь.
Вот и колона показалась. Пять тентованных грузовых машин, предпоследней идет машина пеленгатор. Вот и причина их появления, вычислили источник радиообмена. Значит точно по наши души.
После того как головная машина, совсем не зрелищно, подорвалась на мине, а разбегающаяся пехота, зацепила наши растяжки, немцы обстреляли опушку леса, а потом быстро развернули минометную батарею, и неожиданно для нас, начали забрасывать минами вершину холма. Как они умудрились нас вычислить, ума не приложу, возможно, опытный командир прикинул, где бы он сам расположил пулеметную точку и в целях профилактики нанес превентивный удар, а может мы сами себя как-то демаскировали, чего уж теперь думать. Повезло, что расположились на скате. При подлете мины издавали противный свист, затем звонко взрывались, разбрасывая осколки. Только в кино разрыв сопровождается огненной шапкой, на деле — хлопок, облачко пыли и свист осколков. Нужно бежать, без надежного укрытия нас перебьют за пару минут, как только будет накрытие. К счастью 50-мм мины ложились в стороне — шла пристрелка. Успел дать команду:
— Не стрелять. Отходим. — Еще был шанс уйти не замеченными. Немцы сразу вперед не пойдут, и время на спокойный вылет есть. Вести бой с заранее известным результатом, причем заметно не в нашу пользу я посчитал неправильным. У нас даже окопов нет.
И первым шустро, на четвереньках, по промоине бросился к овражку. Стометровку преодолели, перекрыв все нормативы, не смотря на неудобный способ передвижения. Вроде бы и калибр не серьезный и разлет осколков не большой, да и снялись мы быстро, а из пяти человек трое ранены. Пусть раны пустяшные, но очень неприятно. Мне крохотный осколочек, даже скорее окалина, впился в левую скулу, Второму прочертил неглубокую царапину на спине, закончив полет в вещмешке, а вот Третьему воткнулся в бедро. У него самая неприятная рана, вроде бы ничего серьезного, но при ходьбе будет его беспокоить и чем дальше, тем сильнее. А ходить, судя по всему, нам скоро придется немало. К самолету мы, точнее я, не успеваем. Прямо нам не пройти, да и немцы нами заинтересовались, значит на «хвост» сядут. К оставленной нами позиции направилось отделение солдат.
— Первому огонь по готовности, — даю команду пулеметчику.
Дальше прятаться, особого смысла нет. Замысел атаки противника во фланг или даже тыл, развернувшейся в боевой порядок цепи, провалился, не учел я наличие у них минометов. А обнаружив место засады, командир, скорее всего, направит людей на наше преследование. Много не пошлет, но нам и взвода хватит. А установить, сколько нас и куда отошли особого ума не надо — наследили мы хорошо. А раз все равно рассекретились, то нужно уходить громко, дав еще немного времени на взлет самолета. Ох, и достанется мне, когда к своим выйду. Вариант, что я в немецком тылу задержусь, командованием даже не рассматривался.
