Борька.. надежный, как меч самой лучшей ковки – я не встречал никого надежней тебя…. и добрее.
Ты же так умеешь радоваться малому, быть благодарным за самомалейший подарок или доброе слово… а я так и не успел доделать тебе подарок, лоботряс… Борька, я даже думать не хочу ни о чем плохом!
Вернулась Энатали. Миска с горячей мясной похлебкой, миска с кашей, опять таки с мясом, хлеб… сыр еще… Она б еще всю полковую кухню сюда притащила.
- Тебе поправляться надо, - тихо сказала она. – Эдан, что случилось? Я же вижу – ты весь… не знаю, как сказать… словно замерзший…
Я тоскливо посмотрел на нее – самому было противно, как я упал духом. Нужно верить…
- Кошка сказала, что она… не слышит моего друга, - неожиданно признался я. – А насчет холода… ты права, меня действительно немного знобит.
- Вот и одевайся давай скорей. И ешь,- настойчиво заявила она. – А друг… Даже если он ранен, мы его спасем. Я сама захвачу с собой трав всяких, да и Леммель с нами поедет со своим добром. Не горюй раньше времени, Эдан. Живой он, твой друг… Он же гном, да? А гномы живучие. Их не так уж легко убить, даже и оркам.
Как же я был ей благодарен!
Натка протянула мне миску – теплая, кашу явно подогрели - или она ещё остыть не успела в общем котле, - и руки у девушки были тоже теплыми. Сильными. Мне это сейчас было нужнее, чем каша…
- Он наполовину гном. А наполовину орк. Представляешь? – говорил я ей, словно такого сочетания – гном и орчанка – не было никогда ранее, за все те столетия, что наши народы населяют этот мир. – Натка… Милая… Он должен жить. Понимаешь? Ведь это он меня спас. Как будто чувствовал. Если бы не Кошка, я… меня бы уже и в живых не было, наверное. Он самое дорогое свое отдал… он же сам ее добыл, Кошку. У меня нету другого такого друга. И не было никогда.
Натка не отнимала руки, и мне было тепло и от миски и от рук, и от ее взгляда тоже.
- Надо же, - тихо проговорила она, пытаясь ненавязчиво помочь мне с кормежкой. – Полу-орк… и полу-гном. А дружит с эльфом! Кто б другой сказал, я б не поверила! Но тебе – верю. Такое знакомство только по пьянке великой, наверное, случается. Хорошо гульнули тогда, а?
И улыбнулась.
Тогда? Да. Гульнули. Только не сразу… Сначала была клетка, и надсмотрщик, и убитые товарищи… ну пусть не товарищи – не успели они ими стать, но всё же…
- Ещё бы не хорошо, - ответил я. – Но это уже потом. Сперва мы… просто встретились.
Мне очень хотелось рассказать Натке обо всем. О спокойном, смелом взгляде пленника, который поразил меня тогда… Рабы так не глядят…
Те, кто так глядит, не должны быть рабами!
Только… получается, что я хвалиться буду – какой, мол, я хороший, взял и освободил незнакомого мне пленника. Она же не видела Борьку. Не смотрела в его глаза…
- Не хочешь рассказывать, да? – понимающе сказала девушка. – Прости, если напомнила о грустном.
Ну почему же грустном… Веселья было намного больше.
…Когда мы вышли из лавки готового платья, бедняга Боонр стал переживать ещё больше свое положение: невозможность немедленно отдать мне тот клятый долг. И мне стало казаться, что напоить его – это единственный выход, чтобы притушить его благодарность. И вообще, деньги мне тогда только что руки не жгли.
Не скажу, что мы завалились пить в лучший трактир Мунивирта, но это только за неимением оного по пути. Если бы первым нам встретился именно самый что ни на есть блаааародный, я бы всё равно туда пошел и Боонра притащил за шкирку.
Но к счастью для «благородного» трактира и его посетителей, попалось нам на редкость подходящее заведение – далеко не самое дорогое, но уютное. И такое бывает, хоть и нечасто. В основном тогда, когда держат трактир не только наживы ради, но и для собственного удовольствия, а деньги у хозяина и без того водятся. Встречал я как-то ещё такую же милую харчевню – но только один раз.
Туда и посетителей слишком много не ходит, и драки там редки, и кормить там порой могут не тем, что больше всего хватает простой немудрящий посетитель, а тем, что нравится самому хозяину – и это не всегда популярное и выгодное блюдо. Ох, и повезло нам с Борькой!
Войдя, мы осмотрелись – народу было немного.
- Пахнет здорово, - пробормотал мой полугном, оглядываясь. – Вон тот стол вроде ничего так… и выход видно. Пойдет?
И показал на стол, стоявший в дальнем углу и полускрытый перегородкой. Выход оттуда действительно был виден, зато сам он был затенен и как бы отрезан от общего зала. Рядом с ним никто не сидел.
- Пойдет, - ответил я не очень довольно, потому что явно чувствовал нежелание своего спутника привлечь хоть чье-то внимание. А лучше бы и вовсе остаться невидимым. Но сейчас-то он выглядел вполне прилично! Правда, учитывая мою одежду и то, что выглядел я как чистокровный эльф, его могли бы принять за моего слугу или телохранителя, но… видят боги, я сделал всё, что мог. Я старался. Я исподтишка купил кое-что, о чем сам Боонр даже не подумал. Я убеждал его, что вон тот камзол нужно брать непременно, а та рубашка оскорбляет своим видом даже вешалку, на которой висит!
