— Ни у меня, ни у Милен, супруги лейтенанта Кроули, не было времени оббивать пороги. Стопроцентное зрение можно было вернуть, только проведя операцию незамедлительно, да и вживлять бионические протезы сейчас легче, пока культи не зажили.
— Но вы ведь были не обязаны…
— Не обязана. Это обязанность государства помогать своим гражданам. Но оставим политику политикам. Я ничего не решаю, кроме того, как мне распоряжаться своими деньгами!
— Ты осталась без средств.
— На жизнь мне хватит — жалованье у меня неплохое, к тому же, я надеюсь, что не долго задержусь в капитан-лейтенантах, и жалованье будет выше и страховка получше….
— А для чего ты копила деньги?
Анна ответила все с тем же вежливым равнодушием.
— Я собиралась заморозить яйцеклетки, на случай, если в будущем мне захочется детей, но я буду уже стара, или по другим причинам неспособна самостоятельно выносить и родить ребенка. Я рассчитала цену за суррогатное вынашивание, за содержание ребенка…. К тому же, мне хотелось бы обеспечить моему гипотетическому ребенку достойное будущее, насколько это возможно, со мной ведь может случиться что угодно.
Старый адмирал смотрел на нее с неприкрытой гордостью и время от времени бросал взгляды на внука — погляди, мол, как должен вести себя человек умный и честный. А затем обратился к Анне:
— Зайди завтра в банк, капитан-лейтенант. Я распорядился возместить тебе все расходы.
Анна покраснела до кончиков ушей, что при ее рыжих волосах выглядело ужасно, и опустила голову.
— Не стоит, господин адмирал! Я делала это не в расчете на награду!
— И сколько времени ты потратишь на сбор суммы, девочка? Тебе будет уже тридцать, даже если ты уже успеешь стать к тому времени полковником…
Анна нервно улыбнулась, принимая поражение.
Дед и внук после ужина отправились курить, оставив Анну на растерзание маме Рассела.
— Она хорошая партия для тебя, — в который раз заметил адмирал, когда они вместе с Расселом уединились в курительном салоне. — Я счастлив был бы назвать ее своей внучкой на законных основаниях.
— Ну так усынови ее, — огрызнулся Рассел. — Она ведь вроде бы сирота…
— Ты прекрасно понимаешь, о чем я! Этот девушка вернет славу дому Морган! Да и для ее карьеры замужество за представителем военной династии было бы хорошим подспорьем.
Рассел отделался общими словами. А по дороге домой, еще в лимузине, мама спросил его:
— Старик сватал тебе эту?
— А тебе-то что, — вяло ответил Рассел. Неожиданно ему вспомнились очень тонкие пальцы Анны, стискивающие черенок вилки…
— Она тебе не пара, — мама надула губы. — Что она вообще умеет? Что она может тебе дать?
Дед однако все никак не желал отстать от них. Он потащил свою семью отдыхать, и пригласил, нет, приказал Анне отправиться на отдых вместе с ними.
До побережья Тихого Океана требовалось лететь всего четыре часа на флайере. Рассел собирался взять их семейного пилота, чем несказанно удивил Анну.
— Неужели мы не справимся сами? — удивилась она, и ткнула Рассела в плечо своим крепким кулачком.
Дед полностью поддержал эту нелепую идею. Он уселся в кресло рядом с пилотским, и приготовился наслаждаться полетом.
Рассел сел на заднее пассажирское кресло, выпил коньяка и расслабился, насколько это было возможно. Анна и дед пересмеивались, готовя машину к старту.
Над городом флайер летел дисциплинированно и ровно, будто управляемый автопилотом. Поднявшись повыше, Анна кивнул на предложение деда и обратилась к Расселу.
— Ты не против, если мы немного пошалим?
Сердце у Рассела неприятно екнуло, но он благодушно кивнул и на всякий случай выпил еще коньяку. И очень вовремя, потому что Анна, удостоверившись, что пассажиры пристегнуты, а пространство вокруг чисто, сделала мертвую петлю.
Флайер швыряло туда-сюда, за мертвой петлей последовала «бочка», «кобра», «штопорная бочка», «атака гремлина», разнообразные виражи…
Ко всему прочему Анна еще и запела. Как и многим людям, лишенным музыкального слуха, ей казалось, будто чем громче поешь, тем лучше. Она выбрал песню из прогремевшего недавно мюзикла про летчика времен докосмической эры. Особую пикантность ситуации придавало то, что в конце каждого куплета лирический герой вопрошал: «Долечу или разобьюсь?»
Сам сюжет мюзикла, который Расселу помнился достаточно смутно, тоже не вдохновлял: главный герой потерпел крушение в пустыне и сочинял для успокоения сказочки о мальчике, прилетевшем со звезд. Наконец песня закончилась, и Анна выровняла флайер. Она обернулась, и взглянула на Рассела. Глаза ее блестели от азарта, на губах играла сумасшедшая улыбка.
Рассел нашел в себе силы криво улыбнуться в ответ.
В быту Анна была неприхотлива и совершенно не приспособлена. Что с нее возьмешь — ей никогда не приходилось заботиться о еде или одежде, все всегда за казенный счет.
Свою сумку она разобрала стремительно, тем более, что там почти ничего не было, и, со спокойной душой отправилась отдыхать. Мама недовольно поджала губы, поставив Анне еще один минус в мысленном списке. К счастью, она летела отдыхать на своем собственном флаейре, бережно управляемым ее личным пилотом, приноровившимся к ее капризам.
