Роза посмотрела на экран, где бежали какие-то цифры.
— Исчезла. Сигнал пропал.
— Это как понимать? — потребовал Рауль.
— Больше не излучается.
Рауль в бешенстве швырнул свои линейки на пол, нарушив тихое очарование момента. Амандина, медсестра, сохранявшая спокойствие в самые критические моменты, с профессиональной сноровкой принялась проверять физиологическое состояние Стефании.
— Надо же, все еще жива, — пробормотала она.
— Как это возможно, что сигнал пропал? Я думал, что такие длинные волны могут очень быстро и без ограничений распространяться в пространстве, — сказал я.
— Ничего не понимаю, — признался Рауль.
Тело Стефании по-прежнему не двигалось, а мы понятия не имели, где находится ее душа.
— Что делать будем? Попробуем разбудить?
Роза проверила всю аппаратуру.
— Подождите… Наверное, есть объяснение этому исчезновению сигнала.
Роза опять взялась за свои линейки, а потом и за компьютер, потому что расчеты становились все сложнее. Она задумчиво хмыкнула.
— Кажется, что…
Все больше и больше расплываясь в улыбке, она пригнулась к экрану.
— Да, все совпадает. Отлично.
— Ты что там такое нашла? — поинтересовался я.
Никогда я не видел Розу такой возбужденной.
— Стефания не перестала излучать.
— Так там звезда?
— Не совсем.
— Планета?
— Опять мимо.
— Сверхновая, звездное облако, туманность?
— Нет, нет и нет.
Она ткнула в карту Запредельного Континента. Мы следили взглядом, как она водит пальцем по многоцветной воронке. Все одновременно поняли, что она нам показывает:
— Черная дыра!
Роза утвердительно кивнула.
Пожалуйста, вот что все объясняет. Сейчас легко понять, почему радиосигналы исчезли. Черные дыры — это чудовищные пылесосы, заглатывающие все, что попадает им под руку: материю, свет, волны… И даже души, теперь-то мы это знали!
— Черная дыра…
Кажется, Рауль стал жертвой нападения тысячи вопросов. Он высказал один:
— На сегодня уже открыто с добрую дюжину черных дыр. Почему же в момент смерти души направляются именно к этой?
— Эта черная дыра не такая, как все другие. Она расположена точно в центре нашей галактики, — объяснила Роза.
В 1932 году, другими словами, в начале XX-го века, астрофизик Ян Оорт занимался вопросом определения массы Вселенной. Для этого он изучал скорость перемещения звезд в Млечном пути, диске, образованном нашей галактикой. Этим путем он сделал вывод о гравитационных силах, приводящих их в движение, а затем и определил значение галактической массы. К великому своему удивлению, он обнаружил, что Млечный путь даже на половину не состоит из видимой материи!
Тем самым он открыл, что в небесах есть что-то очень «тяжелое», к тому же весящее столько же, сколько и все видимые звезды, но это «нечто» невозможно ни видеть, ни обнаруживать. Эта странная вещь была названа «темной материей».
«Центр, откуда происходит Начало, испускает тайный свет. Это свет такой чистоты, прозрачности и тонкости, что его нельзя познать. Растекаясь, эта светящаяся точка становится дворцом, охватывающим центр. Этот свет просвечивает сквозь все. Дворец, источник Непознаваемой Точки, менее прозрачен, чем Начало. Но этот дворец испускает свет, откуда пошла быть Вселенная. Расходясь от него, световые покровы образуют собой одеяния старшинства, словно мембрана на мозге».
