– Уже написал письмо барону, – оповестил он. В руке появился свиток с ленточкой закреплённой сургучом. – Что думаешь, гонец – по всему выходит, что на месте деревни нужно строить форт. Так, как есть сейчас – не годиться. Здесь важное направление. Нужны дозоры, да и мразоты что-то расплодилось в деревне. Часть в петлю, остальных на строительство.
– Если надо, значит надо, товарищ командующий, – отозвался я, пытаясь понять по карте, чем это направление важное. Разномастные фигурки солдат уже стоят на ней.
– Хороший ответ, – похвалил он, не отрывая взгляда от панорамы.
Рука поднялась, и я попробовал принять свиток, но Багратион чуточку придержал, словно ещё сомневаясь.
– Лишь бы не ошибиться, солдат, лишь бы не сесть в лужу…– добавил он и выпустил письмо.
– Какие силы угрожают нам? – решил сориентировать его я.
– Как уже говорил – это Грандмария. Только ей прямой конфликт не по зубам, а если я найду доказательства их участия, то король может объявить войну и уж тогда, – полыхнул гневом Багратион, – я им устрою кровавую баню. Только это может быть ловушкой. Что, если соседним шакалам удалось сбиться в стаю? Шрамы ноют, а это к большой бойне, гонец. Так что скачи как ветер – у нас скоро война.
Слова упали словно гильзы от танковых снарядов. Я поймал его взгляд, где багровые ночные пожары сменяются битвами, погоней и новыми схватками.
Внутри меня всё смешалось: и страх, и тревожное ожидание, и азарт предвкушения. Козырнул от растерянности и поспешил на выход, крепко сжимая свиток. Сюжет истории всё больше поляризует – растёт в груди напряжение и ноги сами-собой несут к конюшне.
Хлыст успел почистить, накормить и напоить Сапсана. Сопровождая репликами восхищения, паренёк быстро крепит седло и надевает поводья. Я отделываюсь короткими ответами – хочется скорей в седло, рвануть по недавнему пути обратно.
Учитывая характеристики коня, как таковой отдых был не нужен, но для картинки надо. Я уже с некоторым опытом забрался в него и дал команду. Сапсан игриво взбрыкнул, сбрасывая зыбкую расслабленность с красивого, жилистого тела, потом заржал и кинулся вперёд, словно ракета.
Минуло минут десять скачки, когда вспомнил, что лучше бы промотать. Первый пыл сошёл, а рутинная тряска, как провисший сюжет в книге, никому не нравится.
Марина никак не отреагировала на первое обращение, я повторил громче, с привычным уточнением, что, если такое возможно. Молчание довольно красноречиво – неужели засада?
Я выметнулся на луг из давящего на дорогу леса, даже вздохнуть захотелось полной грудью, да ещё и плечи расправить. Мир неожиданно стал замедляться, вместе со мной. Руки и ноги словно в кисель проваливаются. Успеваю удивлённо отметить, что меркнет сознание и заметить фигуру в плаще. Аляпистом.
Подъём из глубин бессознательного оказался тяжким и болезненным. В голове случилась война, вся инфраструктура разрушена, население уничтожено, а над руинами вьются редкие дымочки мыслей, под грохот боли и слабости.
– Мать твою! – смог выдавить я.
– О! Очухался, – раздался справа, голос Рё.
Глаза открыть пока не получается – свет слишком яркий.
– Башка капец болит, – сообщил я, морщась и скрежеща зубами. – Что случилось, блин?
– Прям щас рассказывать, что ли? – проворчал друг.
– А чо?
– Хоть полежи, в себя приди. Милаш, что у нас там от головной боли?
– Я уже вызвала Владимира, – отзвучал голос девушки, и я начал понимать, что-либо персонал Лучистого куда-то со мной уехал, либо вокруг всё ещё комплекс.
– Так! – ворвался вихрь старшего научного сотрудника. – Очнулся? Глаза открывал?!
– Не могу пока, – отозвался я.
– Почему?! – надавил он, как будто огромный резиновый шар начали надувать в тесной комнате. – Что с ними? Болят?
– Свет режет! – раздражённо отозвался я. – Скоро привыкнут.
– Отлично. У меня готовы анализы, что-нибудь болит?
– Голова и тело разбитое.
– Вы впали в кому, – огорошил он, – правда, первой степени. К счастью, у нас в центре, всё для оказания экстренной медицинской помощи есть и реанимационная тоже. Лечили по стандарту, но я всё ждал, когда придёте в создание, чтобы одобрили нашу модифицированную глюкозку.
– Но…– растерялся я, неуверенно оглядывая белоснежную палату с ультрасовременным оборудованием и набившихся в неё людей. – Как я в эту кому попал?
– Мы пока не знаем. Находясь в модуле Танатоса, Вы впали в шоковое состояние, а также наблюдалась гипогликемия.
Я всё вспомнил, быстро собрал пазл и озаботился судьбой Марины.
– Давайте так, Владимир, Вы мне вкалывает этот растворчик, но мы не выясняем причины моей болезни. Просто поставьте на ноги, если можно.
– Хм-м…– на его лицо легла тень, да и лица других работников вытянулись.
– С Вашим Танатосом всё отлично – он великолепен. Я впал в кому по собственной вине. Наверняка ведь и показания чипа будут ценными, и глюкозку испытаем?
– Хорошо, – нехотя проговорил Владимир, – так и знал, что эти модули опасны. Но, раз Вы согласны на введение раствора, то приступим.
