— Итачи, опусти пистолет, не делай глупостей. Я под юрисдикцией Сенжу. Если ты убьешь меня, развяжется война.
— Война началась тогда, когда был убит Учиха, а твоя тетушка вышла замуж за одного из Сенжу и родила ему дочь, которая сыграла роль живого договора между двумя семьями. Пока эта девчонка жива — договор остается в силе. Как только её не станет — Сенжу уже не будут отвечать за ваши головы. Им, как и Учиха, очень важна кровная связь, а пустые слова и бумажки — не более чем формальность.
— Почему Учихи проснулись только сейчас? Почему Фугаку молчал в течение всего того времени, пока восседал на учиховском троне?
— Скоро придет время нового поколения, и оно должно быть чистым по всем параметрам. Если молчал мой отец, это не значит, что молчать буду я.
Неджи с опаской поглядывал на дуло пистолета и отчего-то не сомневался, что в скором будущем он станет покойником.
— Единственное, что мне нужно от тебя — ответ на вопрос, — сухо произнес Учиха. — Где твоя сестра?
— Моя сестра — это залог того, что сейчас ты меня не убьешь, — на свой страх и риск тихо ответил Хьюго, хотя сам в это не верил. — К тому же, Итачи, сейчас ты глубоко ошибаешься, если думаешь, что Сенжу будут сидеть ровно на заднице, пока ты убиваешь их приближенных. Неважно, на чьей стороне правда. Смысл в том, что на данный момент всё ваше хваленое перемирие держится на соплях. Сенжу убили Учиху, а Учихи недавно отобрали Первый Город.
— Витэм сам сдался.
Неджи развел руки в сторону.
— Это не имеет значение! Когда ты уже это поймешь?! Все, что сейчас делают Сенжу и Учихи — грызутся, как собаки. Даже спустя почти шестьсот лет вы не можете найти общий язык!
— Перемирие, заключенное тридцать два года назад, нарушили Сенжу двадцать лет назад, — спокойно парировал Итачи. — Учихи терпели все их выкрутасы и лояльно относились к таким мелким семьям, как Хьюго. Но всю заварушку начали снова не мы. Мне отчего-то мало верится в то, что твоя семья сама полезла на рожон к Учихам, которых боится до чертиков. К тому же, мы не собирались уничтожать Хьюго, и все вы это прекрасно знаете.
— Это серьезные обвинения, Итачи.
— Тогда дай мне адекватный ответ на вопрос, на кой-черт Хьюго убили Обито? И не надо мямлить сейчас то, что придумал твой отец, лишь бы объяснить это убийство по официальным бумажкам.
Неджи как-то весь замялся, поник и в конечном итоге отвернул голову в сторону.
— Если развяжется война, то под удар будут поставлены все, кто тебе дорог. Твоя семья, брат, родители, ближайшее окружения… — Неджи загадочно поднял глаза и тихо шепнул: — …та девушка, на которую ты смотришь так, как смотрят Учихи на своих дурнушек.
В груди Итачи что-то екнуло. Пусть виду он и не подал, снаружи оставаясь холодной и невозмутимой статуей, но сердце его стало гонять кровь по жилам в три, а то и в четыре раза быстрее.
— Можешь ли ты ответить мне на поставленный вопрос вместо того, чтобы бубнить себе под нос какую-то ересь? — требовательным тоном парировал Итачи, снимая предохранитель.
— Нет.
— На нет и суда нет, — отрезал Итачи и спустил курок.
Глушитель не позволил этой новости разлететься мгновенно. Бездыханное тело упало с кресла на пол. Густая теплая кровь медленно растекалась по кафельной плитке, заполняя образовавшиеся со временем полости в паркете.
Итачи бросил оружие в лужицу крови, поправил пиджак и медленной поступью направился к окну. На небе так и переливались звезды, освещавшие путникам верную дорогу. Учиха будто бы тоже пытался отыскать свой путь, вглядываясь в темноту и усыпанный на ней светящийся порошок.
«Когда они узнают про Сакуру, будет слишком поздно», — подумал про себя Итачи, оглядывая оживленный ночной город равнодушными глазами. — «Нужно закончить всё это прежде чем…»
— Итачи-доно? — нерешительно позвал его со спины низкий приятный баритон.
Учиха даже оборачиваться не стал. Он непременно узнал этот голос и отчасти был рад, что верный друг оказался рядом в эту сложную минуту. Минуту, когда была объявлена война.
— Что такое, Нагато? — с равнодушием поинтересовался Итачи.
— У меня только один вопрос.
— Задавай.
— Почему именно сейчас?
Учиха прикрыл уставшие глаза, повернулся к Узумаки, но так и не решился ответить на поставленный вопрос. Высокий мужчина с татуированными устрашающими глазами и почти красными пылающими волосами сделал шаг вперед и выдвинул смелое предположение:
— Это ведь из-за неё? Из-за той девчонки?
— Совсем скоро вся власть перейдет в мои руки, Нагато. Настанет новое поколение, в котором она и всё моё ближайшее окружение должны быть в безопасности. Когда я женюсь на ней, всё будет иначе.
— И все равно я не понимаю…
— Что?
— Неужели для Учих так важны их дурнушки? Что же это за женщины такие?
— Женщины, ради которых и убивать не грешно… — с холодной взвешенностью ответил Итачи, разглядывая расползающуюся лужицу крови.
Нагато холодно усмехнулся.
— Женщины, ради которых стоит затевать войну? Итачи, ты ведь понимаешь, что жертв не оберешься… И всё ради какой-то бабы!
