Френсис любил красный цвет, напоминающий ему о крови и слепой ярости. Стены первого этажа были словно на скотобойне, они зловеще багровели в свете нескольких канделябров. Солдаты Френсиса резались в карты. Все битые, резаные, с обмотками цепей на горле. У Асавина каждый раз пробегал холодок от их тяжелых мутных взглядов, а еще страшней становилось от мысли, что все они – не просто убийцы, а самые настоящие звери, наслаждающиеся резней. Иных Френсис не брал в свои верные подручные. У многих были красные зубы, ощеренные в диком оскале, словно покрытие пленкой свежей крови из разорванного горла. В этот раз взгляды были удивительно ехидными. С чего бы это? Асавин и Тьег поднялись по лестнице на второй этаж, где было заметно светлей, а еще – удивительно тихо. Эта благодать не понравилась Эльбрено. Не к добру это.
Первое, что увидел Асавин – развалившегося на кресле Френсиса. Красную рубашку украсили свежие брызги. Руки были по локоть в подсыхающей крови, сбитые костяшки покрылись коричневатой коркой. Рядом с креслом стояла симпатичная блондинка, словно сошедшая с полотна Амелькаро. Целомудренное темно-серое платье, больше напоминающее сутану богослова. В нос ударил запах лекарств. Блондинка аккуратно штопала лицо Френсиса, придерживая испачканными в крови пальчиками за подбородок. Чудно. Асавин слышал о культе богини Вериданы, пришедшем из далекого, заснеженного Айгарда. Говорили, что ее жрицы владели секретами врачевания, недоступными южным лекарям и цирюльникам. Френсис шевельнул лицом, чтобы посмотреть, кто поднялся, но девушка тотчас дернула его за голову:
– Сидите смирно, иначе шов будет кривой. Немного осталось.
Голос у нее был приятный, как звенящий колокольчик. Асавин и Тьег терпеливо подождали, когда девушка закончит ритуал.
– Готово, – она перерезала нить. – Шов снимать приду, как обычно. Принимайте пилюли, какие давала вам раньше, и смазывайте шов мазью, – она поставила на столик маленькую склянку. – Не кривляйтесь, иначе нитки снова лопнут.
Она наклонилась за своей сумкой, а Френсис схватил ее за тонкое белое запястье и резко притянул к себе так, что она чуть не упала на кресло.
– Так быстро? Ты знаешь, мое тело тааак болит, – он приложил ее ладошку к своему паху. Блондинка ловко вывернула руку, скривившись от отвращения.
– Побойтесь Вериданы! – возмущенно сказала она. – Я и без того покинула умирающего, чтобы помочь вам, а вы… Оскверняете чистый дар своими грязными помыслами.
Он посмотрел на нее тяжелым холодным взглядом, и у Асавина опять побежали мурашки по позвоночнику. Френсис был абсолютно непредсказуем. Он мог искренне улыбнуться тебе и в следующую же секунду выпустить кишки. Расплакаться, восхищаясь красотой, и в следующее мгновение жестоко изувечить, изуродовать, осквернить. Мысли в голове этого человека бегали по внезапным траекториям, и Асавина пугал эта непредсказуемость. С него бы сталось схватить эту женщину, изнасиловать и убить. А может, и в обратном порядке, он ведь сумасшедший ублюдок. Однако в этот раз Френсис спокойно махнул рукой:
– Не серчай, Дивника. Ступай.
Девушка подхватила сумку и побежала по лестнице, под гогот и улюлюканье солдатни. Что ж, ей повезло.
Френсис рывком поднялся с кресла. Его и без того разукрашенное лицо пестрело новой отметиной, пересекающей левый глаз, чудом тот не задев.
– А-са-вин, – отчеканил он и панибратски потрепал блондина по плечу. – Как удачно, что ты зашел, есть к тебе дело… О, а это кто? – он мазнул плывущим взглядом по Тьегу.
– Мой племянник, Ациан, – спокойно ответил Эльбрено. – Он много слышал о Висельниках… хотел бы вступить.
Глаза Тьега удивленно округлились.
– Да ну? – Френсис переключился на парнишку. – И что же?
Рубиец обвел штопаного взглядом:
– Что не сыскать парней отчаянней и злей.
Френсис каркающе рассмеялся, Асавин мысленно поежился, радуясь, что мальчишка не так уж и туп.
– Это верно, – ответил вожак Висельников. – А ты у нас кто? Злой или отчаянный?
– Отчаянный, – не моргнув и глазом, откликнулся парень.
Френсис оскалил красные зубы и потрепал Асавина по щетинистой щеке:
– Хорош племенник, хорош.
Его липкая от крови ладонь мертвой хваткой вцепилась в лицо Эльбрено, а в другой руке появился кривой кинжал. Острие замерло у глаза блондина.
– Что, этот тоже подожмет хвост, как только запахнет дерьмом? А?!
Чудовищным усилием воли Асавин заставил себя сохранить спокойствие, хотя в груди затрепетала испуганная птица.
–О чем ты? – спросил он, осторожно скосив взгляд к острию ножа.
Френсис наклонился к его уху:
– Я про Аэрти, твоего сраного дружка. Не делай вид, что не знаешь.
– Лонан… – Асавин наигранно вздохнул. – Я как раз хотел рассказать про него, но вести, видимо, распространяются быстрей. Однако ж, он все еще готов…
