Танец с драконами полностью

— Я кровь дракона. Не смей меня поучать, — когда Дени встала, львиная шкура соскользнула с ее плеч и свалилась на землю. — Оставь меня.

Даарио размашисто поклонился.

— Я живу, чтобы повиноваться.

Когда он ушел, Дени позвала сира Барристана.

— Я хочу, чтобы Вороны-Буревестники уехали обратно в поля.

— Ваше Величество? Они только вернулись…

— Я хочу, чтобы они ушли. Пусть разведывают юнкайские окрестности и защищают караваны, следующие через перевал Кхази. Впредь Даарио должен докладывать вам. Заплатите все, что ему причитается, вплоть до последней монеты и проследите, чтобы его людям выдали хорошее жалование. Но ни в коем случае не подпускайте его ко мне.

— Как скажет Ваше Величество.

В ту ночь она не могла уснуть, только беспокойно вертелась и металась в своей постели. Она дошла даже до того, что вызвала Ирри в надежде успокоить себя ее ласками, но вскоре оттолкнула дотракийку. Ирри была нежной, мягкой и старательной, но она не была Даарио.

Что я наделала? думала она, свернувшись калачиком в пустой кровати. Я так долго ждала, когда он вернется, и отослала его прочь.

— Он сделал бы из меня чудовище, — прошептала Дени, — королеву-мясника.

Но потом она подумала о Дрогоне, который был где-то далеко, и о драконах в яме. Мои руки тоже в крови, и в крови мое сердце. Мы не такие уж и разные, Даарио и я. Мы оба чудовища.

Это не могло занять у него столько времени, повторял себе Гриф, меряя шагами палубу "Робкой Девы".

Неужели вслед за Тирионом Ланнистером они потеряли и Халдона? Может, его захватили волантийцы? Надо было послать с ним Дакфилда. Когда Халдон один, на него нельзя положиться. Он уже показал себя в Селхорисе, позволив карлику сбежать.

"Робкая Дева" была пришвартована в неприглядной части длинной, хаотично устроенной набережной, между накренившейся парусной лодкой, годами не покидавшей пристани, и ярко раскрашенной баржей бродячих актеров, которые оказались шумным и веселым сборищем: они беспрестанно зачитывали друг другу монологи, и большую часть времени пребывали в подпитии.

День был жарким и влажным, похожим на все предыдущие дни с тех пор, как они покинули Печали. Безжалостное южное солнце палило над запруженной людьми набережной Волон-Териса, однако жара заботила Грифа в самую последнюю очередь. Золотые Мечи разбили лагерь в трех милях к югу от города, гораздо севернее того места, чем он предполагал, а триарх Малакво выступил на север с пятью тысячами пехотинцев и тысячей всадников, чтобы отрезать их от дороги к устью реки. Дейенерис Таргариен по-прежнему находилась очень далеко, а Тирион Ланнистер… что ж, он мог быть где угодно. Если бы боги были милостивы, то отрубленная голова Ланнистера находилась бы сейчас на полпути к Королевской Гавани, но скорее всего карлик цел и невредим. И, затаившись где-нибудь неподалеку, пьет не просыхая и замышляет новую подлость.

— Семь преисподних, куда подевался Халдон? — пожаловался Гриф леди Леморе. — Сколько нужно времени, чтобы купить трех лошадей?

Она пожала плечами:

— Милорд, не будет ли безопаснее оставить мальчика здесь, на корабле?

— Безопаснее — да. Но разумно ли — не думаю. Он стал теперь взрослым мужчиной, и эта дорога была уготована ему с рождения.

У Грифа едва хватало терпения для подобных препирательств. Он устал скрываться, устал ждать и бояться. У меня нет времени на предосторожности.

— Все эти годы мы как могли старались, чтобы принца Эйегона не раскрыли, — напомнила ему Лемора. — Я понимаю, что когда-нибудь придет время, он смоет краску с волос и заявит о себе, но это время еще не наступило. Только не в лагере наемников.

— Если Гарри Стрикленд желает ему зла, то мы не сможем защитить его, укрывая на "Робкой Деве". Под началом у Стрикленда — десять тысяч мечей. У нас же — только Утка. У Эйегона есть все задатки настоящего принца. Они должны увидеть это — и Стрикленд, и все остальные. Ведь они его люди.

— Да, его люди, потому что их купили и им за это платят. Десять тысяч вооруженных чужаков, лагерных нахлебников и шлюх. И каждый из них может в одиночку погубить все наши начинания. Если за голову Хугора давали титул лорда, то во сколько Серсея Ланнистер оценит законного наследника Железного Трона? Вы не знаете этих людей, милорд. Уже больше десяти лет прошло с вашего последнего похода с Золотыми Мечами, а ваш старый друг давно мертв.