Вонючка ничего не ответил. Некоторые вещи произносить небезопасно, даже в конюшнях, когда его светлость в замке. Каждое неверное слово могло стоить ему еще одного пальца на ноге, или даже на руке.
Наездники были на охоте шестнадцать дней, питаясь только черствым хлебом и засоленной говядиной, если не считать случайно захваченного козленка, поэтому в ту ночь лорд Рамси приказал устроить пир в честь их возвращения в Город-на-Кургане. Хозяин замка, седой и однорукий мелкий лорд по имени Харвуд Стаут, понимал, что лучше не отказывать, хотя его кладовые, должно быть, уже сильно истощились. Вонючка слышал ворчание прислуги Стаута о том, что Бастард и его люди уничтожали их запасы на зиму.
— Говорят, он разделит постель с маленькой девочкой лорда Эддарда, — жаловалась кухарка, не зная, что Вонючка слушает, — но когда выпадет снег, мы окажемся теми, кого поимели, попомните мои слова.
Но раз лорд Рамси велел устроить пир, значит, будет пир. В зале Стаута поставили длинные столы на козлах, забили быка, и в ту ночь после захода солнца вернувшиеся с пустыми руками охотники ели жаркое и ребрышки, ячменный хлеб и пюре из моркови с горошком, запивая это чудовищным количеством эля.
Малому Уолдеру выпало следить за тем, чтобы кубок лорда Рамси был полон, в то время как Большой Уолдер разливал напитки другим гостям за главным столом. Вонючку приковали у дверей, чтобы его благоухание не перебило пирующим аппетит. Он сможет поесть позже, любые объедки, которые лорд Рамси сочтет нужным прислать ему. Собаки же резвились в зале и устроили лучшее развлечение вечера, когда Мод и Серая Джейне сцепились с одной из гончих лорда Стаута из-за особо мясистой кости, брошенной Коротышкой Уиллом. Вонючка был единственным в зале, кто не следил за боем трех собак — он не сводил глаз с Рамси Болтона.
Драка прекратилась, только когда собака хозяина замка сдохла. У старой гончей Стаута не было ни единого шанса — она дралась одна против двух, а суки Рамси отличались молодостью, силой и свирепостью. Костлявый Бен, любивший собак больше, чем хозяин, рассказал Вонючке, что все они названы в честь крестьянских девушек, которых Рамси загнал, изнасиловал и убил, еще будучи бастардом, в компании первого Вонючки: "В честь тех, кто каким-либо образом его позабавил. Те, кто плакал, умолял и не бежал, не удостоились чести продолжить жизнь в именах сук". Вонючка не сомневался, что в следующем помете, который принесет дредфортская псарня, будет Кира. "Они натасканы и на волков", — сообщил по секрету Костлявый Бен.
Вонючка ничего не сказал. Он знал, каких волков должны убивать девочки, но у него не было желания смотреть, как они будут драться из-за отрезанного с его ноги пальца.
Двое слуг унесли тело мертвой собаки, а старуха принесла швабру, скребок и ведро, чтобы убрать с пола пропитанную кровью солому. В этот момент двери зала распахнулись, впустив порыв ветра, и дюжина мужчин в серых кольчугах и железных полушлемах прошли внутрь, растолкав побледневших молодых охранников Стаута в их кожаных латах и красно-коричневых с золотом плащах. Внезапная тишина охватила пирующих… всех, кроме лорда Рамси, который отшвырнул в сторону обглоданную кость, вытер рот о рукав, улыбнулся сальными, влажными губами и произнес:
— Отец.
Лорд Дредфорта обвел скучающим взглядом остатки пиршества, мертвую собаку, портьеры на стенах, Вонючку в его цепях и кандалах.
— Вон, — приказал он присутствующим голосом тихим, как шелест. — Сейчас же. Все вы.
Люди Лорда Рамси вылезли из-за столов, бросив свои кубки и подносы. Костлявый Бен позвал девочек, и они побежали за ним, некоторые все еще с костями в зубах. Харвуд Стаут сухо поклонился и покинул свой зал без единого слова.
— Отцепи Вонючку и забери с собой, — прорычал Рамси Кислому Алину, но его отец взмахнул бледной рукой и сказал:
— Нет, оставь его.
Даже личная охрана лорда Русе удалилась, закрыв за собой двери. Когда эхо шагов затихло, Вонючка понял, что он остался в зале один с двумя Болтонами, отцом и сыном.
— Ты не нашел наших исчезнувших Фреев, — из уст Русе Болтона это прозвучало не вопросом, а, скорее, утверждением.
— Мы вернулись к тому месту, где, по словам лорда Миноги, они разделились, но девочки не смогли взять след.
— Вы справлялись о них в селениях и крепостях.
— Пустая трата слов. Непонятно, зачем этим крестьянам вообще глаза — они все равно ничего не замечают, — пожал плечами Рамси. — Да какая разница? Мир не обеднеет, потеряв парочку Фреев. Если они нам вдруг понадобятся, их полно на юге, в Близнецах.
Лорд Русе оторвал небольшой кусочек хлебной корки и съел его.
— Хостин и Эйнис подавлены.
— Пусть сами съездят и поищут, если хотят.
— Лорд Виман винит себя. Послушать его, так он особенно привязался к Рейегару.
