Танец с драконами полностью

Когда они проходили под Стеной, она взяла его под руку. Морган и Меррел шли перед ними, Призрак следовал по пятам. Жрица молчала, однако нарочно замедляла шаг, и там, где она ступала, лед начинал таять. Ему не удастся не заметить этого.

Под железной решеткой бойницы Сноу, как она и ожидала, нарушил молчание:

— Что с остальными шестью?

— Я не видела их, — ответила Мелисандра.

— Вы посмотрите?

— Конечно, милорд.

— Прилетел ворон от сира Денниса Маллистера из Сумеречной Башни, — сказал ей Джон Сноу. — Его люди видели огни в горах на противоположной стороне Глотки. Одичалые собираются вместе, считает сир Деннис. Он думает, что они попытаются снова преодолеть Мост Черепов.

— Некоторые — вероятно, — может быть, черепа в ее видении означали этот мост? Почему-то Мелисандра так не думала. — Если это случится, то атака будет не более чем отвлекающим маневром. Я видела башни у моря, поглощенные кроваво-черным приливом. Вот где последует основной удар.

— Восточный Дозор?

Он ли? Мелисандра видела Восточный Дозор-у-Моря вместе с Королем Станнисом. Там Его Величество оставил королеву Селису и их дочь Ширен, когда собрал своих рыцарей для похода в Черный Замок. Башни в ее огне выглядели по-другому, но такое часто случалось в видениях.

— Да, Восточный Дозор, милорд.

— Когда?

Она развела руками:

— Завтра. Или после оборота луны. Или через год. А, может, если примешь меры, ты сможешь совсем предотвратить то, что я видела, — иначе, в чем смысл видений?

— Хорошо, — ответил Сноу.

Когда они выбрались из-под Стены, толпа ворон у ворот увеличилась до нескольких десятков. Люди столпились вокруг них. Мелисандра знала некоторых по именам: повар Трехпалый Хобб, Малли с сальными рыжими волосами, туповатый мальчик, прозванный Оуэн-Олух, пьяница септон Селладар.

— Это правда, м'лорд? — задал вопрос Трехпалый Хобб.

— Кто это? — спросил Оуэн-Олух. — Это ведь не Дайвин, нет?

— И не Гарт, — добавил один из людей королевы, она знала его как Альфа из Раннимадда, он одним из первых сменил семерых ложных богов на истину Рглора. — Гарт слишком умен для этих одичалых.

— Сколько? — спросил Малли.

— Трое, — ответил им Джон. — Черный Джек, Волосатый Хал и Гарт.

Альф из Раннимадда застонал так громко, что мог разбудить спящих в Сумеречной Башне.

— Уложите его в постель и дайте подогретого вина, — приказал Джон Трехпалому Хоббу.

— Лорд Сноу, — тихо проговорила Мелисандра, — не пройдешь ли со мной в Королевскую Башню? Мне есть чем поделиться с тобой.

Он долго глядел на нее своими серыми холодными глазами. Его правая рука сжалась, разжалась и сжалась снова.

— Как вам угодно. Эдд, отведи Призрака в мои покои.

Решив, что это знак, Мелисандра отпустила и свою охрану. Они вместе прошли через двор, лишь они вдвоем. Вокруг падал снег. Она держалась рядом с Джоном настолько близко, насколько могла осмелиться. Достаточно близко, чтобы почувствовать недоверие, окутывающее его, словно черный туман. Он не любит меня и никогда не полюбит, но он воспользуется моей помощью. Ну и прекрасно. Мелисандра и прежде танцевала этот танец со Станнисом Баратеоном, еще в самом начале. В действительности юный лорд-командующий и ее король походили друг на друга гораздо больше, чем кто-либо из них готов был признать. Станнис — младший брат, живущий в тени старшего, а Джон Сноу — бастард, затмеваемый законорожденным братом, павшим героем, которого называли Молодым Волком. Оба они по природе неверующие, недоверчивые и подозрительные. Единственные боги, которым они действительно поклоняются — долг и честь.

— Ты не спросил о сестре, — сказала Мелисандра, когда они поднимались по спиральной лестнице Королевской Башни.

— Я говорил вам: у меня нет сестры. Мы отрекаемся от родства, когда произносим клятвы. Я не могу помочь Арье, как бы я…

Он прервался, как только они вошли в ее покои. Внутри был одичалый, он сидел за ее столом и размазывал кинжалом масло по отломленному куску теплого подрумяненного хлеба. Он снова облачился в костяные доспехи, как она с удовлетворением отметила. Сломанный череп великана, служивший ему шлемом, лежал на подоконнике за его спиной.

Джон Сноу напрягся:

— Ты.

— Лорд Сноу, — одичалый ухмыльнулся им ртом, полным потемневших и сломанных зубов. Рубин на его запястье мерцал в утреннем свете, как тусклая красная звезда.

— Что ты здесь делаешь?

— Завтракаю. Милости прошу к столу.

— Я не стану делить хлеб с тобой.

— Тебе же хуже. Буханка еще теплая. Уж с этим Хобб справляется по крайней мере, — одичалый оторвал зубами кусок. — Я бы с легкостью мог наведаться и к тебе, милорд. Охрана у твоих дверей — просто насмешка. Для человека, который взбирался на Стену не меньше сотни раз, забраться в окно не представляет труда. Но какой прок тебя убивать? Вороны просто выберут кого-нибудь похуже, — он прожевал и проглотил еду. — Слышал про твоих разведчиков. Надо было меня с ними послать.

— Чтобы ты предал их и сдал Плакальщику?