Танец с драконами полностью

Ну и дурак. Победа над женщиной не внушит северянам благоговейного трепета, если она что-нибудь понимает в этих людях, а ее ценность как заложника — ничтожна. Теперь Железными Островами правил ее дядя, и Вороньему Глазу неважно, будет она жить или умрет. Может быть, это имело какое-то значение для жалкой развалины, которую Эурон сделал ее супругом, но у Эрика Айронмакера нипочем не хватит денег, чтобы заплатить за нее выкуп. Однако не стоило объяснять все это Станнису Баратеону. Даже то, что она была женщиной, похоже, оскорбляло его. Она знала, мужчины зеленых земель любили нежных и очаровательных дам в шелках, а не женщин, одетых в кольчугу и кожу, с метательным топором в каждой руке. Но короткое знакомство с королем в Темнолесье убедило ее, что он любил бы ее ничуть не больше, надень она платье. Даже с женой Галберта Гловера, набожной леди Сибеллой, он был корректен и обходителен, но явно чувствовал себя не в своей тарелке. Этот южный король казался одним из тех мужчин, для которых женщины — существа другой породы, такие же странные и непостижимые, как великаны, грамкины или Дети Леса. От Медведицы он тоже скрипел зубами.

Только к одной женщине Станнис прислушивался, но ее он оставил на Стене.

— Хотя я бы предпочел, чтобы она была с нами, — признался сир Джастин Масси, белокурый рыцарь, командовавший обозами. — В последний раз, когда мы шли в бой без леди Мелисандры, на Черноводной, тень лорда Ренли сошла на нас и загнала половину нашего войска в бухту.

— В последний раз? — спросила Аша. — Разве колдунья была в Темнолесье? Я ее не видела.

— Вряд ли это можно назвать боем, — улыбнулся сир Джастин. — Железнорожденные сражались отважно, миледи, но наши силы намного превышали ваши, и мы застигли вас врасплох. В Винтерфелле будут знать, что мы приближаемся. И людей у Русе Болтона столько же, сколько у нас.

Или больше, подумала Аша.

Даже у пленников есть уши, и она слышала разговор в Темнолесье, во время которого король Станнис обсуждал со своими капитанами этот поход. Сир Джастин возражал с самого начала, вместе со многими рыцарями и лордами, прибывшими со Станнисом с юга. Но волки настаивали — нельзя допустить, чтобы Русе Болтон удерживал Винтерфелл, а дочку Неда нужно спасти из когтей его бастарда. Так говорили Морган Лиддл, Брандон Норрей, Вулл Большое Ведро, Флинты и даже Медведица.

— От Темнолесья до Винтерфелла — сто лиг, — сказал Артос Флинт в тот вечер, когда в парадном зале Галбарта Гловера кипел яростный спор. — По прямой в ту сторону — триста миль для ворона.

— Долгий поход, — отметил рыцарь по имени Корлисс Пенни.

— Не такой уж и долгий, — настаивал сир Годри, крупный рыцарь, которого называли Убийцей Великанов. — Мы столько уже прошли. Владыка Света озарит нам путь.

— И что будет, когда мы придем к Винтерфеллу? — спросил Джастин Масси. — Две стены со рвом между ними, внутренняя — в сто футов высотой. Болтон никогда не выйдет, чтобы сразиться с нами на поле боя, а у нас нет провизии для осады.

— Арнольф Карстарк присоединится к нам со своими силами, не забывайте, — отметил Харвуд Фелл. — Морс Амбер тоже. У нас будет столько же северян, сколько у лорда Болтона. А лес к северу от замка густой. Мы построим осадные башни, сделаем тараны…

И будете умирать тысячами, подумала Аша.

— Возможно, лучше будет перезимовать здесь, — предложил лорд Пизбери.

— Перезимовать здесь? — взревел Большое Ведро. — Сколько, по-вашему, продовольствия и фуража успел запасти Галбарт Гловер?

Тогда сир Ричард Хорп, рыцарь с изрытым оспинами лицом и бабочками "мертвая голова" на плаще, повернулся к Станнису и сказал:

— Ваше Величество, ваш брат…

Король оборвал его:

— Мы все знаем, что сделал бы мой брат. Роберт примчался бы к воротам Винтерфелла один, разбил бы их своим боевым молотом и проехал бы через обломки, чтобы убить Русе Болтона левой рукой, а Бастарда — правой. — Станнис поднялся на ноги. — Я не Роберт. Но мы выйдем в поход и освободим Винтерфелл… или погибнем, пытаясь сделать это.

Какие бы сомнения ни терзали его лордов, простой народ, казалось, верил в своего короля. Станнис разбил у Стены одичалых Манса-Налетчика и освободил Темнолесье от Аши и ее железнорожденных; он был братом Роберта, победителем знаменитого морского сражения у Светлого Острова, человеком, который удерживал Штормовой Предел на протяжении всего восстания Роберта. И он владел мечом героя, магическим Светозарным, сияние которого освещало ночь.

— Наши враги не такие грозные, какими кажутся, — уверял Ашу сир Джастин в первый день похода. — Русе Болтона боятся, но не слишком любят. А его друзья Фреи… на севере не забыли Красную Свадьбу. Каждый лорд в Винтерфелле потерял там кого-нибудь из родных. Станнису нужно только пустить Болтону кровь, и северяне бросят его.

Вы надеетесь на это, думала Аша, но сначала королю все-таки надо пустить ему кровь. Лишь дурак переметнется с побеждающей стороны.