— Такой красивый обряд, — рассказывала королева. — Я почувствовала, как огненный взор нашего господина обратился на нас. О, вы не представляете, сколько раз я умоляла Станниса снова провести нашу свадьбу — воистину соединиться телом и душой с благословения Владыки Света. Я уверена, что могла бы подарить Его Величеству еще детей, если бы огонь связал нас.
Джон поклонился:
— Если Вашему Величеству угодно, пир ждет.
Королева с подозрением взглянула на Призрака, затем подняла лицо к Джону:
— Несомненно. Леди Мелисандра знает дорогу.
Красная жрица заговорила:
— Я должна уделить внимание своим огням, Ваше Величество. Возможно, Рглор соблаговолит показать мне Его Величество. Беглый взгляд на великую победу, может быть.
— О, — королева Селиса выглядела пораженной. — Конечно… давайте помолимся о видении от нашего господина…
— Атлас, проводи Ее Величество до места, — велел Джон.
Сир Малегорн выступил вперед:
— Я провожу Ее Величество на пир. Мы не нуждаемся в вашем… стюарде, — то, как он помедлил с последним словом, показало Джону, что тот подумывал сказать по-другому.
Джон снова поклонился:
— Как пожелаете. Скоро я присоединюсь к вам.
Сир Малегорн предложил руку, и королева Селиса чопорно приняла ее. Другую руку она положила на плечо дочери. Вслед за ними, словно утята за уткой, через внутренний двор потянулись приближенные королевы. Их процессию сопровождал звон колокольчиков на шутовском колпаке.
— На дне морском водяные угощаются супом из морских звезд, а прислуживают им крабы, — объявил Пестряк, пока они шли. — Уж я-то знаю, я-то знаю.
Лицо Мелисандры потемнело:
— Это существо опасно. Много раз я видела его в моем пламени. Иногда рядом с ним кружат черепа, а его губы красны от крови.
— Когда я ищу его, я вижу только снег.
— Вы бы узнали, будь король мертв? — спросил Джон красную жрицу.
— Он не мертв. Станнис — божий избранник, его предназначение — возглавить битву с силами тьмы. Я видела это в пламени, читала в древнем пророчестве. Когда воссияет красная звезда и опустится тьма, Азор Ахай возродится вновь среди дыма и соли и пробудит драконов из камня. Драконий Камень — место дыма и соли.
Все это Джон слышал и раньше.
— Станнис Баратеон был лордом Драконьего Камня, но родился он не там, а в Штормовом Пределе, как и его братья, — он нахмурился. — А что с Мансом? Он тоже потерялся? Что показывают ваши огни?
— Боюсь, то же самое. Только снег.
— Вы видите танцующий в огне пепел.
— Я вижу черепа. И тебя. Я вижу твое лицо каждый раз, когда смотрю в огонь. Опасность, о которой я тебя предупреждала, уже очень близко.
— Кинжалы во тьме. Я знаю. Простите мне мои сомнения, миледи.
— Я оказалась права.
— Вы ошиблись. Алис — не Арья.
— Видение было правдивым. Это мое толкование оказалось ложным. Я такая же смертная, как и ты, Джон Сноу. Все смертные ошибаются.
— Даже лорды-командующие.
Манс Налетчик и его копьеносицы не вернулись, и Джон не мог не думать о том, не солгала ли красная женщина о своем замысле.
— Вам стоит держать вашего волка поближе, милорд.
— Призрак редко вдали от меня, — при звуке своего имени лютоволк поднял голову. Джон почесал его за ушами. — Но теперь вы должны меня извинить. Призрак, за мной.