Танец с драконами полностью

– Наши враги не так грозны, как кажутся, – убеждал Ашу сир Джастин в первый день похода. – Русе Болтона боятся, а не любят. А его друзья Фреи… Север не забыл Красную Свадьбу. Каждый лорд в Винтерфелле потерял там кого-то из родных. Станнису достаточно пустить Болтону кровь, и северяне покинут его.

«Надейтесь на это, – подумала Аша, – но сперва, кровь нужно пустить. Только дурак бросит побеждающую сторону».

В тот первый день сир Джастин навещал повозку с полдюжины раз, чтобы принести ей еды, питья и новости о продвижении. Улыбчивый, всегда с шуткой на устах, крупный и тучный, с розовыми щёками, голубыми глазами и белокурыми, как лён, развевавшимися на ветру волосами, рыцарь был внимательным надзирателем и неустанно заботился об удобстве своей пленницы.

– Он хочет тебя, – сказала Медведица после третьего визита.

На самом деле её звали Алисанна из рода Мормонтов, но она носила прозвище так же легко, как свою кольчугу. Невысокая, коренастая, мускулистая наследница Медвежьего острова отличалась широкими бёдрами, огромной грудью и большими мозолистыми руками. Даже отправляясь спать, она не снимала кольчугу, варёную кожу и старую овечью шкуру, вывернутую наизнанку для тепла. Благодаря всему этому многослойному одеянию, она выглядела поперёк себя шире. «И свирепо». Иногда Аша Грейджой забывала, что они с Медведицей почти ровесницы.

– Мои земли он хочет, – отозвалась Аша. – Железные Острова.

Признаки были ей знакомы, она замечала их прежде и у других ухажёров. Наследственные владения Масси далеко на юге были для него потеряны, так что ему оставалось либо выгодно жениться, либо смириться с ролью обычного королевского рыцаря. Аша была наслышана о том, что Станнис разбил надежды сира Джастина на брак с принцессой одичалых, так что теперь рыцарь положил глаз на неё. Без сомнения, он мечтает посадить её на Морской Трон Пайка и править, как её муж и господин. Только для этого ему пришлось бы избавить её от нынешнего мужа и господина, не говоря уж о дяде, который их поженил. «Это вряд ли, – подумала Аша. – Вороний Глаз проглотит сира Джастина и даже не поперхнётся».

Неважно. Отцовские земли никогда не будут принадлежать ей, за кого бы она ни вышла. Железнорожденные не умеют прощать, а Аша потерпела поражение уже дважды. Сперва на вече от своего дяди Эурона, потом в Темнолесье от Станниса. Более чем достаточно, чтобы заклеймить её, как неспособную править. Брак с Джастином Масси или с любым другим приспешничком Станниса Баратеона принёс бы больше вреда, чем пользы. «В конце концов, дочь кракена оказалась всего лишь женщиной, – скажут капитаны и короли. – Посмотрите, как она раздвигает ноги перед изнеженным лордом из зелёных земель».

Однако если сир Джастин желал заслужить её благосклонность угощеньем и разговором, Аша не собиралась ему мешать. С ним всё же лучше, чем с молчаливой Медведицей, а другой компании среди пяти тысяч врагов у неё нет. Трис Ботли, Кварл Девица, Кромм, Роггон и прочие, выжившие из её побитого отряда, остались в Темнолесье, в темницах Галбарта Гловера.

В первый день армия прошла двадцать две мили по расчётам проводников, выделенных им леди Сибиллой. Это были следопыты и охотники из присягнувших Темнолесью кланов: Форрестеров и Вудсов, Бранчей и Боулов. Во второй день войско покрыло двадцать четыре мили, и авангард, покинув владения Гловеров, вступил в гущу Волчьего Леса.

– Рглор, пошли нам свой свет и проведи сквозь мрак, – молились верующие этой ночью – множество южных рыцарей и солдат, собравшихся вокруг ревущего рядом с королевским шатром пламени.

Аша назвала бы их людьми короля, но остальные выходцы из штормовых и коронных земель звали их людьми королевы… Хотя королевой, которой они служили, была красная женщина в Чёрном Замке, а не жена, которую Станнис оставил в Восточном Дозоре у Моря.

– О, Владыка Света, мы взываем к тебе, обрати к нам свой пламенный взор и сбереги нас от врагов и холода, – пели они огню, – ведь ночь темна и полна ужасов.

Возглавлял их огромный рыцарь по имени сир Годри Фарринг. «Годри Убийца Великанов. Слишком громкое имя для такого человечка». Под кольчугой Фарринг был широкогруд и мускулист. А кроме того, высокомерен, суетен, жаден до славы, глух к предостережениям и ненасытен до похвал. Простые люди, волки и женщины вызывали у него лишь презрение. В последнем он не отличался от короля.

– Позвольте мне ехать на лошади, – попросила Аша сира Джастина, когда тот подъехал к повозке с половиной окорока. – Я схожу с ума в этих цепях. Даю вам слово, что не сбегу.

– Если бы я мог, миледи. Вы пленница короля, а не моя.

– Ваш король не поверит слову женщины.

Медведица заворчала.