- Дори, я попросил его приехать сегодня, чтобы ты его посмотрела чуть раньше. – Интересно, что он обещал ей за просмотр? – Мы же договаривались.
- Ох, Эдвард, я совсем позабыла, но я увидела достаточно, и могу уже сейчас сказать, что для конкурса он так и не готов…
Я видел, какая ярость вспыхнула в глазах Эда, но он промолчал.
- Кто это? – тихо-тихо прошептал мне на ухо Мишель.
- Эд, мы выйдем… - я развернулся и взял Мишеля за руку, повел на улицу, за нами потянулись парные танцоры. Вообще, Дори выносили только ее мальчики… - Это Дорис, одна из пяти судей на Международном танцевальном конкурсе. Тварь еще та.
Мишель смотрел на меня встревоженно и вдруг уткнулся мне в плечо, прошептал:
- Можно мне задать вопрос?
Я запустил руку в его волосы и чмокнул в висок.
- Да.
- У нее есть власть, чтобы не допустить тебя на предварительные?
- Есть. И это бесит… в прошлом году я вылетел с полуфинала. Ей не понравились мои ответы на ее взгляды. – Я вздохнул. – Обидно то, что я беру городские, районные, но не разу еще не брал международные.
- Эд не может помочь тебе в этом?
- Нет. Эд сам постоянно борется с искушением задушить ее, ведь эта танцевальная студия его личное детище. Он поднимал ее сам. - Мишель в моих руках был расслаблен и жался ко мне как котенок, я улыбнулся и аккуратно приподнял его голову, накрыл губы мимолетно и нежно.
– Не думай об этом, ладно, все будет нормально. Эд упертый.
- Микки?..
- Да.
- Люблю. – На грани слышимости и глаза прикрыл, чтобы я не увидел то отчаяние, которое в них было.
- И я.
Он снова уткнулся мне в плечо.
- Скажи.
- Люблю тебя.
Он не кинулся ко мне на шею, не стал прыгать от счастья.
Я только почувствовал, как его пальцы сжались на моей талии и Мишель выдохнул:
- Это восхитительное чувство.
Я не знал, что ему ответить, боялся нарушить эту интимную тишину, мы стояли под козырьком у входа в студию, и я размышлял о том, как бы аккуратно послать Эда и увезти его домой, и любить-любить-любить.
Но моим планам не суждено было исполниться, потому что Эд загнал нас в зал и заставил меня отрабатывать все мои па по сто раз. Орал и рвал на себе волосы, видимо, Дори была красноречива.
Через четыре часа я не выдержал и сел на пол прямо там, где стоял:
- Еще минута и я начну на тебя орать, Эдвард.
- Я договорился с этой мымрой, что завтра она все же тебя посмотрит, но если ты ей продемонстрируешь то же самое, мы никуда не попадем! – прикрикнул Эд.
- Есть парные варианты.
- Я хочу, чтобы это был ты, Майки!
- Если я лягу с ней - она меня пропихнет, но не забывай, Эд, я гей, и у меня не встает на старых идиоток.
Эд подошел ко мне, присел на корточки.
- Ты устал, я вижу. Но это все для дела, Майки. Я знаю, ты можешь лучше, твой потенциал огромен, ты совершенен, но после того года ты как будто замерз… Понимаешь?
- Отлично. Ты считаешь, что, гоняя меня по площадке до изнеможения, раскроешь мой потенциал?
- Нет. Но если ты вообще не будешь задумываться о программе действий, ты сможешь не отвлекаться ни на что…
- Эд, мне нужно просто сосредоточиться на мире музыки и движения, ты понимаешь, что я не машина и мне нужен отдых.
- Я прекрасно знаю, что тебе нужно, Майки. – Эд улыбнулся и показал глазами на сидящего на скамейке Мишеля.
Он не встревал в наши разговоры, он просто тихо сидел и смотрел.
Я встал и, немного пошатываясь, пошел к нему, сел рядом.
- На сегодня все, Эд, я больше не могу, меня уже тошнит от всего этого. – Я повернулся к моему мальчику и спросил:
- Кушать хочешь?
- Да, немного. – Застенчивая улыбка.
- Я в душ, и мы едем кушать.
Я уже встал, когда его тонкие пальчики ухватились за мою руку. Я обернулся.
- Можно я с тобой?
У нас было здесь оборудовано четыре ванные комнаты. Хотя их можно было назвать кабинками за дверью, но уединиться там было реально – испробовано, не раз.
Я сверкнул глазами и перехватил его руку, потянул в сторону душевых.
Эд остался и был настолько сосредоточен, что даже не обратил внимания на наш уход.
Мы вошли в небольшое помещение, и я прикрыл дверь, прижал Мишеля к гладкой поверхности и накинулся на его шею. Он тихо застонал.
- Ты такой красивый, я, конечно, мало понимаю в танцах. Но твои движения заводят, ты как настоящий огонь, Микки.
- Заводят?
- Да. – Он несмело взял мою руку и положил к себе на ширинку.
Я чуть сильней сжал его возбуждение. Он запрокинул голову, простонал.
- Хочешь меня? – хрипло спросил я.
- Очень.
Я рыкнул и развернул его к двери лицом. Опустился на колени, он поспешно расстегнул ширинку, и я резко содрал с него джинсы вместе с бельем.
Раздвинул половинки и уткнулся лицом в его ложбинку, дотронулся языком до колечка мышц. Покружил.
Мишель тихо стонал, и эти стоны в тишине были самым важным для меня. Я отстранился и также резко расстегнул свою молнию, сплюнул на руку, размазал слюну по стволу и по-возможности плавно вошел в желанное, горячее тело.
Мишель напрягся, но я не спешил врываться в него. Немного кружилась голова от узости и жара, но я мягко накрыл кожу на нежной шейке губами и проговорил:
- Сам схожу с ума от твоей близости, Мишель.
