Нет, совсем нет, просто он вырос, пусть всё такой же, как и тогда, в моей темной комнате, пусть глубоко влюбленный, но желающий попробовать сделать правильный выбор без моего вмешательства.
- Спасибо. – Уткнулся мне в шею и невнятно проговорил: - Я хочу покататься на лыжах.
Я тихо рассмеялся и накрыл его губы.
- Это нереально! – воскликнул Мишель, смотря, как другие отдыхающие скатываются с горки, небольшой, но для тех, кто впервые встал на лыжи, - вполне приличной.
Мишель держал палки как весла и сами лыжи были буквой «Х», но яркий румянец и задорная улыбка на лице, говорили о том, что он счастлив.
Я уже пару раз показал ему, как нужно и даже съехал с этой горки, но он все равно упорно стоял на месте, досюда мы еле добрались, так что я не торопил его.
- Мишель, это просто, тебе стоит попробовать.
- Ты уверен, что это безопасно?
- Эта маленькая горочка? Конечно. Давай на небольшое желание?
- Микки! Желание? – он попытался встать ровно, но его наклонило вперед, и он уперся палками в снег. – Нет, это нереально, я никогда не стоял даже на них.
Я подъехал к нему вплотную, насколько позволяли лыжи, и прошептал:
- Я сделаю тебе незабываемый минет, если ты позволишь мне помочь.
Мишель сглотнул и медленно кивнул.
Я аккуратно поправил его лыжи и поставил ровно палки, он судорожно в них вцепился, и с силой воткнул в снег, покачал головой.
- Микки!
- Не бойся, я буду рядом.
- Ладнооо!
Его дебют был коротким: через метр с небольшим Мишель упал на живот и ойкнул, я подъехал и отстегнул его лыжи.
- Лыжи – это не твое, любимый. – Пытаясь не смеяться, высказался я.
- Несомненно, – отплевываясь от снега, ответил он.
Перевернулся на спину и вдруг улыбнулся, так ярко и заразительно, в глазах веселье.
Я не выдержал и тоже избавился от лыж, наклонился, впился в его губы, все еще имеющие аромат яблок.
Позже, приняв душ и расположившись около камина, он тихо спросил:
- А здесь можно только на снегоходах и лыжах?
- Нет. А ты еще что-то хочешь покорить? – со смешком.
- Микки! Я просто не хотел портить тебе отдых. И если мы найдем то, что я смогу сделать, можно будет покататься вместе.
- Во-первых – ты мне не можешь ничего испортить, во-вторых – мы сюда приехали не для лыжных прогулок, а в-третьих - отдых может быть абсолютно разным.
- Да, но тебе хотелось покататься.
- Не совсем, – я вздохнул и тихо, смотря на огонь, проговорил, - Я хотел увезти тебя подальше.
- Я знаю, – также тихо.
- Мишель, я не хочу, чтобы между нами стоял твой отец, но в свете последних событий – это неизбежно.
- Он не будет стоять между нами, я…
- Мишель, я не обвинял тебя в том, что ты скрываешь ваше общение, я не предъявлял тебе претензий лишь потому, что уверен – ты бы выбрал меня.
- Теперь неуверен? – он развернулся и взволнованно посмотрел мне в глаза. – Почему?
- Ты сам ответил на этот вопрос.
- Потому что он мой отец.
Мишель опустил голову и неуверенно положил дрожащую руку на мою ладонь.
Я сам протянул руку и обнял его за талию, второй нежно провел по контору ошейника, по изящной вязи рисунка на нем, к ушку.
- Именно. И даже если мы с тобой прошли многое, и ты простил меня за свою боль, то он родной тебе человек и, собственно, боли не причинял, той боли, которую пришлось пережить по моей вине. Но ты должен знать, я люблю тебя и просто так не откажусь. – Он попытался что-то сказать, но я не дал, – Я знаю, что ты скажешь, Мишель, пойми, я - собственник, эгоист и в своих желаниях очень требователен. Если ты принадлежишь мне, то эта принадлежность только моя. Я не позволю никому встать между нами, даже твоему отцу.
- Я понимаю, хозяин, – еле слышно произнес он.
- Нет, не понимаешь.
Он не ответил, а немного отсел от меня и перекинул ногу через мои бёдра. Стянул с себя футболку и откинул ее в сторону. Наклонился, поцеловал мою шею, я вздохнул, отклоняясь и открывая ему доступ к чувствительной коже.
Мишель нежно ласкал мою шею, зарывал пальцы в волосы, а я не мог сосредоточиться, но мысли все равно текли не очень радостные.
Предстоит ли нам разлука после этих двух дней?
Никогда.
Я резко вскочил и подхватил его, перевернул лицом в диван. Сильный удар по попке и он вскрикнул, ощущая его даже сквозь джинсы. Я накрыл его собой и толкнулся бёдрами в него, несколько секунд сопротивления и он затих.
Я медленно привстал и стянул с него мешающую одежду, снова удар, но чуть мягче, чем первый.
А Мишель уже не сопротивляется, а подставляется под грубую ласку.
Я медленно и аккуратно развел его половинки и опустился на колени, знаю, чего он ожидает, но сегодня все будет только для меня.
Секс с ним, как разряд электричества, как цунами, как нежные лепестки яблони. Как можно все это сочетать?
Не знаю. Хочу.
Я резко расстегнул свою молнию и достал из кармана смазку, медленно открутил крышку и выдавил прозрачную субстанцию прямо на дырочку моего мальчика.
Он лежал тихо и почти не дышал, а когда я плавно вошел в него, зашипел:
- Микки, не сдерживайся, я понимаю.
- Ничего ты не понимаешь, – плавный толчок. – Я слишком люблю тебя, – еще один. – Хочу и не отпущу.
Он немного повернулся, и на выдохе произнес:
- Я с тобой.
