Танец воров полностью

Когда мать наконец меня отпустила, все уселись за длинный стол в центре зала, и я рассказал, где был и что делал. Почти все. Я опустил некоторые моменты, связанные с Кази.

– Откуда у нее кольцо? – изумился Мэйсон. – Она была заодно с охотниками?

– Нет. Они схватили ее, как и меня. Мы оба спаслись бегством.

– Это уловка, – предположил Самюэль.

Я возразил, хотя сам не мог понять, откуда она взяла кольцо. Я видел, как охотник свалил все наши вещи в ящик под сиденьем повозки. Когда мы сбежали, времени копаться не было.

– Я не уверен, где она его взяла, но обязательно спрошу.

– Можно ли ей доверять? – спросил Арам.

Титус рассмеялся.

– Нельзя, конечно! Раз Джейсу пришлось выставить двух стражников возле ее покоев!

Пока гостевые покои готовили, Кази расположилась в моей комнате. Я поставил Дрейка и Чаруса в конце коридора, чтобы они не бросались в глаза, и объяснил всем в Дозоре Тора, каковы границы ее передвижений. В замке были места, куда никто не мог попасть, кроме семьи.

– В чем-то ей можно доверять, – заверил я. – Но она венданка, и она приехала сюда, чтобы расследовать нарушения договора. Нам придется быть начеку.

– Нарушения, – проворчал Ганнер. Остальные отозвались гулким эхом.

– Что между вами произошло? – вмешалась Прая.

– Мы были скованы. Нам пришлось работать вместе…

– Не скромничай, Джейс. Ты знаешь, о чем я.

Вклинился Титус:

– Ты мог придумать сотню оправданий своему отсутствию. Зачем намекать на то, что ты был с ней?

– Потому что это оправдание невозможно опровергнуть, – сказала мать. – Свидетелей нет.

– Верно. Никто и спрашивать не стал, – согласился Мэйсон. – Да и Пакстон закончил допрос.

– А почему нельзя было сказать, что ты заболел? – удивился Самюэль.

Мать покачала головой.

– Нет. В этом случае вызвали бы лекаря. Последнее, что нам нужно, – это слухи о плохом здоровье нового патри.

Каждый член семейного собрания оценил мое оправдание.

Прая подняла руку, чтобы остановить дискуссию.

– Джейс, ты так и не ответил. Что между вами произошло? Думаешь, я не заметила, как ты на нее смотрел?

Я не помнил, чтобы смотрел на нее как-то особенно, только волновался, когда протягивал руку, гадая, возьмет ли она ее. Я рискнул, рассчитывая, что она снова поможет мне, – как тогда, в переулке, в первый день нашей встречи. Меня не покидала надежда, что она предпочтет меня волкам вроде Пакстона, так же как она предпочла меня охотникам за рабами. В тот день у нее была возможность уйти, как приказал охотник, но вместо этого она достала меч. Кази могла ненавидеть меня, но некоторых людей она ненавидела больше. Я надеялся, что после всего, через что мы прошли, я был для нее не просто меньшим злом. Я рисковал и одновременно надеялся, что она втянется в игру по собственному желанию.

– Тебе показалось. Мой взгляд означал лишь то, что нам повезло остаться в живых.

Джалейн разочарованно надулась, хотя в глазах ее по-прежнему светилась улыбка.

– Значит, вы не делали маленьких Белленджеров?

Арам и Самюэль захихикали.

Мэйсон пожал плечами.

– А я-то поверил.

Я бросил на них холодный взгляд, намекая, чтобы они прекратили допрос.

– Теперь она нужна нам, – заметила Прая. – Ей придется написать письмо королеве и попросить ее приехать, учитывая, что Ганнер…

– Нет, – отрезал я. – Мы не пойдем этим путем. После отца…

– У нас под стражей один из лучших рахтанов королевы, – возразил Ганнер. – Она приедет! Нам надоело, что королевства нас обделяют.

Мать кивнула в знак согласия.

– Горожане тоже ее ждут. Вы же слышали гул в толпе?

Мэйсон вздохнул, нехотя соглашаясь.

– Слухи разошлись по всему городу, Джейс. Ее приезд заставит лиги отступить.

– А они все здесь были, – добавила Прая, – якобы выражая почтение, но в основном облизываясь.

«Добейся… чтобы она явилась». Это была последняя просьба отца. Вот о чем они думали. О нем. О том, чего он хотел. О том, что он так и не получил.

Когда мы узнали о новых договорах, отец не беспокоился, потому что мы всегда были изолированы от внешнего мира. Нам не было дела до них и до того, чем они занимались. Но когда караваны поселенцев под усиленной охраной стали пересекать нашу территорию по пути в другие места, он обратил внимание. Я говорил отцу, что он должен отправиться в Венду и поговорить с королевой, как делали все остальные королевства. «Мы не королевство! – кипятился он. – Мы – династия! Мы появились здесь задолго до Венды, и мы ни перед кем не преклоняем колен. Она прибудет сюда». Он послал ей письмо с просьбой приехать в Дозор Тора. Ответа так и не последовало. Это было ошибкой, потому что стало восприниматься как личное оскорбление, из-за которого он выглядел слабым. Отец так и не забыл позора. Не забыли и остальные члены семьи.

Ее приезд мог бы удовлетворить нашу гордость и, кроме того, вынудить лиги отступить. Однако это могло привести к новым проблемам – более серьезным.