Вариантов много. Но бедствовать они и правда не будут.
– Второе – мединцы не смогут сильно сближаться с обычными людьми.
– Они бывают вполне человекообразные.
– Это верно. И все же они – другие.
– Вирджиния Веласкес…
– Она не пример, она полукровка. Ее дочь квартерон, от людей они ничем сильно не отличаются. Магия может помочь, но и только. А мы сейчас говорим о мединцах в первом поколении, о тех, кого не добили.
– Так… допустим.
– Что-то в них нечеловеческое будет. Как чешуйки у старшей Арандо. Да и характер наверняка тоже. Это мы не знаем, что они – другие. А они знают. И будут нервничать, и будут держаться подальше от людей. В бедных кварталах ничего не скроешь, там все на виду. Кстати, и семью создавать они будут далеко не с каждым.
– Вот как раз, чтобы вырваться из бедности, люди на все пойдут. Даже на брак с такими…
– Так ведь вырваться, – улыбнулся брат Анхель, – а не сменить одну хижину на другую. Опять же, не думаю, что мединцы такие идиоты. Глупо доверять человеку, который видит в тебе лишь… подъемник.
– Подъемник?
– Да. Нечто, могущее поднять их по социальной лестнице, или обогатить, повысить уровень жизни… понимаете, брат Тадео?
Епископ понимал.
Действительно, глупо на таких полагаться.
Человек пришел к тебе в расчете на выгоду? Ну так жди предательства, даже не сомневаясь. Сейчас ему выгодно с тобой, а через годик он возьмет все, что ты сможешь ему дать, и захочет большего.
Еще больше, еще вкуснее… и найдет нового перспективного покровителя. А тебе повезет, если прикормленная дрянь просто уйдет, не ударив в спину. Так, для верности.
Были прецеденты.
– Согласен.
– Слишком богатые кварталы я тоже отсеял. Я взял улицы, заселенные людьми среднего достатка, вроде той же сеньоры Арандо. И чтобы дома обязательно были или с выходом к морю, или в шаговой досягаемости. Чтобы удобно было добраться до моря.
Епископ едва не зааплодировал.
Действительно, как это он сам не подумал о таком простом решении? И список сократился в несколько десятков раз, и…
– Вот три десятка домов. Населенных, здесь перечислены люди… да, вполне возможно, что они не мединцы. Но если хотя бы одну семью этих тварей мы накроем, уже будет очень неплохо.
– Ты прав, брат. И когда их будут проверять?
– Братья уже начали, ваше…
– Брат…
– Прости, брат Тадео. Я провинился, отдав приказ в обход…
– Не говори так, брат. Ты не провинился, у нас каждая минута на счету, каждая секунда. И если братья уже начали обходить указанные дома… есть ли у нас способ определить нечисть?
– Да, брат Тадео. Я поговорил с некромантом, он кое-что мне посоветовал.
– Что именно?
– Самое простое, брат Тадео. А именно – ладан. У этих тварей должна быть на него негативная реакция, и это станет поводом для тщательной проверки.
Епископ пожал плечами.
– Такое случается с людьми. Я знал человека, который не мог войти в храм, начинал задыхаться, корчиться, едва не умирал. У него была жестокая аллергия на ладан[12].
– Мы будем разбираться. Тщательно.
Епископ мрачно кивнул.
Да, надо разбираться. И надо искать. И…
Приятно, что брат Анхель постепенно начинает принимать решения, не оглядываясь на патрона. А то… честно скажем, все же возраст сказывается. То спина ломит, то ноги отказывают, то голова болит при смене погоды. Пусть молодежь постепенно перехватывает вожжи. А он пока постоит ширмой. Пока кризис. А потом молодежь привыкнет, и все будет хорошо.
И ему можно будет на покой…
Хорошо, когда можно просто молиться Богу и ни о чем не думать.
Видит Бог, скромный епископ давно заслужил свой отдых.
Звонок телефона заставил Идану Мерседес поморщиться. Но трубку она сняла.
– Идана Мерседес Веласкес слушает.
– Сеньора Идана, добрый день. Это тан Риалон, следователь. Скажите, как там мой стажер поживает?
Феола, сидящая на кушетке, кивнула. И сунула в рот еще одно пирожное.
После встречи с наставником, пусть и во сне, она восстанавливалась намного быстрее. Есть такое в шаманской магии.
Шаманы друг друга поддерживают и усиливают. Есть.
Так что девушка встала и отправилась съесть что-то еще. И кофе выпить. Хватит! Она выспалась, сила восстанавливается, а остальное… если постоянно в кровати валяться, так и руки-ноги отвалятся.
– Ваш стажер сейчас ест пятое… шестое пирожное, – сеньора Идана чуточку ворчала. Так, немного. Внучка неизвестно где, ее чуть не убили, с мужем и внуками… да какая сволочь все это затеяла?!
Попалась бы оная сволочь сеньоре Идане, там бы ни один некромант потом не помог. В клочья бы все порвала. И всех!
– Это хорошо. Спросите, пожалуйста, Феолу. Если я приеду за ней через полчаса, она сможет съездить со мной посмотреть на возможного мединца?
– Сможет, – отозвалась Феола.
Сеньора Идана находилась недалеко, а голос Амадо был преотлично слышен.
– Сможет, – передала сеньора Идана. И вздохнула.
– Тогда я приеду, – обрадовался Амадо. И распрощался.
Сеньора Идана посмотрела на девушку.
– Фи, ты уверена?
– Более чем, – сунула в рот седьмое пирожное Феола. И сделала большой глоток такого крепкого кофе, что он мог бы прожечь стенки кофейника. – У нас совсем мало времени осталось. Очень мало…
Она должна успеть!
