Две армии из числа тех, что приобрели Vickers Six Ton Tank, пошли дальше и наладили производство их копий, причем в больших количествах. Польша закупила 38 экземпляров в 1931 году и впоследствии отказалась от двух башен в пользу одной с вооружением в виде 37-мм пушки Bofors, произведя 120 штук до того, как занялся пожар Второй мировой[188]. Другим покупателем стал СССР, подписавший в 1930 году контракт с Vickers-Armstrongs на партию из пятнадцати танков Type A, чтобы годом позднее начать выпуск их копий под индексом T-26. К 1934 году было построено 1626 машин, после чего начался выпуск более целесообразной однобашенной версии с установленной в ней 45-мм пушкой. К началу в 1939 году Второй мировой общее число построенных T-26 всех вариантов составило примерно 8500 штук, что сделало Vickers Six Ton Tank в советском исполнении самым массовым танком того времени[189].
Лидером в развитии более подвижной и действенной тактики применения танков после Первой мировой войны, бесспорно, была британская армия, первенство которой годами никто не оспаривал. И хотя военные других стран продолжали видеть в танках лишь средство поддержки пехоты, конструкторы и промышленники продолжали их разрабатывать и производить во всевозрастающих количествах.
Наилучшим примером служит Франция. К 1926 году военные там пришли к выводу о необходимости обзавестись тремя типами танков: легким с массой 13 тонн для непосредственной поддержки пехоты, по сути наследником Renault FT; «боевым танком» где-то в 20 тонн весом и с вооружением в виде 75-мм пушки, предназначенным для взаимодействия с более легкими машинами в условиях более серьезного сопротивления, в том числе с применением противником танков; тяжелым танком до 70 тонн[190].
Технические требования французской армии предугадала компания Renault, разработавшая легкий танк NC – несколько более тяжелую, но быстроходную версию старого доброго Renault FT. Военные в 1923 году заказали две единицы, но на вооружение не приняли, так что в итоге несколько штук отправились в Японию и одна – в Швецию. Однако в 1928 году конструкторы усовершенствовали один NC в соответствии с армейскими требованиями к легкому танку и год спустя представили прототип танка D1, который в 1931 году Renault в количестве десяти штук передала в войска. Последовали новые заказы, так что к 1935 году армия получила в общей сложности 160 единиц[191].
D1 представлял собой машину массой 14 тонн с бронированием до 30 мм и с башней, в которой устанавливались короткоствольная 47-мм пушка и спаренный с ней пулемет, связь между танками обеспечивалась по радио, таким образом, изделие конструктивно значительно превосходило Renault FT. Однако в башне по-прежнему располагался один член экипажа, в чьи обязанности входило заряжание, нацеливание и ведение огня из двух единиц вооружения, не говоря уже о необходимости командовать танком, что не могло не снижать эффективности машины на поле боя (причем по сравнению с Renault FT экипаж D1 стал больше на одного члена, чье место, однако, было в корпусе, а обязанности ограничивались обслуживанием рации).
Хотя броня D1 по толщине превосходила защиту большинства современных ему средних танков, в 1930 году Управление пехоты потребовало на имеющейся основе разработать танк с еще более усиленным бронированием. В 1932 году Renault представила прототип с 40-мм броней, и спустя два года военные заказали 50 таких изделий, обозначенных D2. Однако тем дело и кончилось, отчасти из-за проблем механического свойства, отчасти из-за решения ориентировать промышленность на выпуск более мощных танков, вооруженных 75-мм орудием. Примерно в то же время D2, а вместе с ним и D1 подверглись переклассификации в средние танки, а пехота затребовала легкие танки с массой меньшей, чем устанавливалось регламентом 1926 года, то есть весом от 6 до 8 тонн[192].
Новые технические требования пехота выдвинула в 1933 году, и в конкурентной гонке победила Renault, за год построившая прототип. Он поступил на обычные испытания, но еще до их окончания в 1935 году – из-за резкого ухудшения политической обстановки, вызванной перевооружением Германии и прежде всего угрозой ремилитаризации левого берега Рейна, – военное руководство одобрило массовое производство танка. В результате в 1935 году танкостроители получили заказ на 300 единиц машины, получившей название Char l'eger mod`ele 1935 R – сокращенно R35. Потребности военных росли – в конечном счете к маю 1940 года общий выпуск R35 составил примерно 1200 штук.
