R35 весил 10 тонн при толщине бронирования до 40 мм, в чем превосходил все танки своего времени, кроме того, он стал одним из первых, чьи корпус и башня изготавливались литыми вместо привычного метода наклепывания броневых листов к раме. Похвастаться скоростными характеристиками он не мог и разгонялся на шоссе всего до 20 км/ч, но нужно ли танку непосредственной поддержки пехоты передвигаться быстрее? Труднее объяснить упрямую приверженность конструкторов одноместной башне, точно такой же, как у NC, и выбор главного вооружения, представленного все той же короткоствольной 37-мм пушкой, которую 17 лет назад поставили на Renault FT. Потребность в длинноствольном 37-мм орудии для противодействия вражеской бронетехнике военные ощутили только в 1938 году, когда оно поступило на вооружение, однако R35 эта пушка так и не досталась, хотя нашла свое место в башне модели, завершившей эволюцию данного изделия и получившей индекс R40.
Пока легкие танки не начали вооружать 37-мм пушками с большей длиной ствола, задача уничтожения неприятельской бронетехники ставилась преимущественно «боевым танкам», честь представлять которые досталась Char B. Работа над конструкцией, обретшей позднее завершенность в этом танке, стартовала еще в 1921 году под руководством генерала Этьена. Первым делом промышленники представили пять разных прототипов, которые, впрочем, объединяло нечто общее, а именно – установленное в корпусе, как у первых французских танков, 75-мм орудие. Также каждый из них имел и башню, но лишь с пулеметом[193].
Опыты с пятью прототипами привели к появлению нового изделия, унаследовавшего в качестве главного вооружения короткоствольную 75-мм пушку в корпусе. Три прототипа с такой компоновкой военные заказали в 1926 году – первый из них появился три года спустя. Испытания прошли успешно, но в 1930 году военный министр повысил требования к новому боевому танку, что привело к серии модернизаций, в том числе к росту максимальной толщины брони с 25 до 40 мм и замене пулемета в башне 47-мм пушкой – фактически той же самой, что и на D2. В такой модифицированной форме боевой танк в конце концов был в 1934 году принят на вооружение (под индексом B1) и на него поступил первый заказ (всего на семь единиц). Затем последовали новые, и к 1937 году количество B1 достигло 35 штук – в самый раз для укомплектования ими одного танкового батальона.
Тем временем все громче звучали призывы к увеличению броневой защиты, что заставляло конструкторов трудиться над созданием новых боевых танков. Однако военные в итоге предпочли попросту модифицировать все тот же B1, на котором усилили до 60 мм бронирование, поставили обновленную башню под более мощное 47-мм орудие, а также 300-сильный двигатель. Переработанное таким образом изделие поименовали B1bis и заказали в 1936 году 35 машин; к началу Второй мировой оказалось выпущено всего 137 штук[194]; окончательный выпуск составил примерно 340 единиц.
Char B1bis в каких-то отношениях впечатлял, и прежде всего своей броней, что, правда, сказалось на массе (32 тонны), превосходившей едва ли не все танки конца 1930-х годов. Вооружение было мощным, но его эффективность сильно страдала от расположения 75-мм пушки в корпусе – оно позволяло менять угол возвышения, но для горизонтальной наводки требовался поворот всей машины. Помимо всего прочего водитель выполнял обязанности стрелка из орудия и курсового пулемета. Остальное вооружение, представленное 47-мм пушкой и спаренным с ней пулеметом в башне, обслуживал сам командир танка, оказывавшийся потому сильно перегруженным разными задачами, что, впрочем, было характерно для всех французских танков с одноместными башнями. Экипаж в данном случае, однако, не ограничивался двумя военнослужащими – в корпусе B1 и B1bis нашлось место для заряжающего 75-мм орудия и радиста, но они выполняли только эти обязанности.
Задачу управления B1 и B1bis при наведении 75-мм пушки в горизонтальной плоскости заметным образом облегчала разработка двухдифференциальной фрикционной системы с гидростатическим механизмом поворота, что повышало точность движений машины. Механизм поворота B1 в действительности заслуживает права называться новаторским и опередившим свое время, но удачные решения нивелировались недочетами конструкции, особенно для водителя, которому приходилось не только управлять танком, но и стрелять из 75-мм орудия. Подобное решение, возможно, еще как-то годилось для неспешных тактических сценариев, при ведении боя на малых скоростях, и оправдывалось идеей, лежавшей в основе создания Char B, задуманного как средство поддержки пехоты при прорыве неприятельских оборонительных рубежей. Однако подобные танки совершенно не годились для подвижной войны при характерной для нее быстрой смене обстановки, когда приходилось иметь дело с двигающимися и проворными мишенями – той же бронетехникой противника.
