Поколебавшись несколько секунд — вообще-то, подобной мысли он не допускал, но кто его знает? Если уж высокий гость намеками говорит, — Мякишев призывно махнул рукой. Мужчины молча прошли коротким коридором, привычным любому, кто хоть раз бывал в построенных по единому стандарту спецобъектах Минобороны, поднялись на лифте на «нулевой» уровень и вышли на поверхность. Часовой, узнав Мякишева, коротко отдал честь и, выслушав приказ, поддернул на плече АКС и ушел «по периметру».
— Слушай, Сергей, — Акимов прикурил очередную щегольскую «сотку» и выпустил дым. — Понял я все. Не считай меня столичным франтом, мол, прилетел тут, весь такой из себя, подымил американскими сигаретками — и убрался обратно в свой уютный кабинетик. Короче, слушай внимательно. Говорить об этом сейчас себе дороже, но все-таки скажу —
Одиннадцатого марта одна тысяча девятьсот восемьдесят пятого года Генеральным секретарем ЦК КПСС стал Михаил Сергеевич Горбачев, оказавшийся первым президентом и последним руководителем огромной страны. Через шесть лет Союз Советских Социалистических Республик прекратил свое существование, и проект «Прокол» оказался заморожен на неопределенный срок…
В квартире Краснова ждал сюрприз. Нет, вовсе не соседка — да и как бы она туда попала? Вчера он, правда, предложил ей взять второй комплект ключей, обнаруженный в ящике стола, но девушка так на него посмотрела, что Василий, хоть и не имел в виду ничего «эдакого», сразу смешался и свел все в шутку. Соседка, разумеется, не поверила, но старательно сделала вид, что ничего не произошло. А может, и поверила, кто ее знает? Разбираться в женщинах Василий и в своем-то времени не умел, а уж тут…
Нет, дело было не в этом. Просто в квартире оказался посторонний человек, непонятно, каким образом туда попавший. Мужчина лет сорока с небольшим в белой летней рубахе навыпуск и синих штанах, называющихся «джинсами» — на самом Краснове были подобные. Незнакомец сидел на кухне и неторопливо курил, выдувая дым в открытое окно. Судя по пепельнице — лейтенант помнил, что перед уходом из дома аккуратно выбросил окурки в помойное ведро, — сидел не так уж и давно, всего с три сигареты.
Остановившись на пороге, Василий аккуратно пристроил у ноги пакет с пивными бутылками и вопросительно взглянул на гостя. В конце концов, пусть эта квартира — и не совсем его дом, в гости он уж точно никого не приглашал. А коль незваным пришел, так пускай первым и разговор начинает. Там, глядишь, и разберется, кто он такой, поскольку на квартирного вора незнакомец явно не тянул. И типаж не тот, и поведение. Скорее, как раз принадлежал к противоположному лагерю. Что ж, тоже вполне объяснимо. Не век же ему в чужом теле обитать, вот за него и взялись, и нескольких дней не прошло. Одно душу греет: Сонька тут наверняка ни при чем, вычислили его определенно без ее участия. Не так обидно.
— Ну, и чего застыли, Дмитрий Викторович? Проходите, присаживайтесь. Разговор долгим будет… а возможно, что и нет. Тут уж все от вас зависит.
— Да и постоять могу, — угрюмо буркнул танкист. — Я к вам в гости не напрашивался, пригласили бы — может, и сам пришел. А так? Неправильно как-то, не по-людски.
— Ах да, — по-своему истолковал ответ незнакомец. — Понимаю.
— Полковник Геманов, Олег Алексеевич, государственная безопасность. Так лучше?
— Да, лучше, — совершенно серьезно кивнул Краснов. — Сразу бы так.
И решительно опустился на табурет. Ну, не стоять же? Тем более вот и все, никаких, как соседка говорила, «непоняток» больше не осталось. Впрочем, тут все правильно, так и должно быть. Госбезопасность на то и существует, чтобы всякие странные личности туда-сюда не шлялись, ни по времени, ни по пространству.
— Ну, коль мы друг друга поняли, может, определимся, как мне вас, собственно, величать? Поскольку, что-то подсказывает, что «Дмитрий» не самое для вас подходящее имя. Или я ошибаюсь?
— Не ошибаетесь, — пробормотал Василий. И, шалея от собственной наглости, неожиданно спросил: — А вы разве не знаете?
