8:00. 11 мая – «Зее Адлер» снова оторвался от нас, заодно сорвав половину обшивки нашего «Цандера». Вода хлестала со стороны кормы внутрь лодки. Шторм не утихал, отнимая у нас последние остатки сил и благоразумия. Мы больше не могли тащить за собой на буксире «Зее Адлер». Мы перепробовали все, что только можно, чтобы хоть как-то помочь нашим отчаявшимся товарищам. Нам потребовалось два часа, чтобы добраться до тонущего судна. Оно то взлетало на гребне волны, то исчезало в зеленой массе воды, то снова взлетало ввысь, как ракета. В какой-то момент над водой показался гребной винт «Цандера». Буксировочный трос тут же запутался в нем. Мотор резко дернуло, и он мгновенно заглох. Теперь оба суденышка оказались в бушующем море без мотора. Даже я стал видеть все исключительно в черном свете. Многие из нас лишились последней надежды. Однако мы все же решили цепляться за последний проблеск надежды и бороться из последних сил с неуемной стихией. Один из нас обвязался веревкой и попытался снять стальной трос с погнувшегося винта. Остальные изо всех сил отталкивали от него плясавшее на волнах второе судно, чтобы оно не мешало ему. Тем временем этому храбрецу чудом удалось распутать трос и снять его с винта. Затем мы стали напряженно вслушиваться, стараясь за ревом шторма различить стук мотора – если, конечно, чудо случится. И чудо, по крайней мере с нашей точки зрения, произошло. Мотор завелся, винт снова закрутился.
Тем временем «Зее Адлер» отнесло далеко в сторону. Стало ясно, что мы навсегда лишились его. По сравнению с «Цандером» это была большое, пригодное для мореходства моторное судно, легко вмещавшее до 25 человек. Совсем недавно оно отплыло от косы Фрише-Нерунг всего с тремя людьми на борту, бессовестно бросившими нас на произвол судьбы. Мы два дня и две ночи буксировали этих эгоистов в водах бурного моря.
Наше суденышко было переполнено. На какой-то момент наше чувство самосохранения и вполне оправданная обида заставили нас забыть об унесенном в море судне, и мы решили предоставить «Зее Адлер» и его немногочисленный экипаж на волю судьбы. Этот большой устойчивый моторный катер вряд ли бы утонул. Шторм не мог продолжать вечно, да и какой-нибудь корабль неизбежно прошел бы мимо них. Но ведь кроме тех трех эгоистов там оставались полковник Хоффман, капитан Иллингер и два матроса.
Быстро приняв решение, мы начали бросать за борт весь наш багаж. В море полетели наши вещмешки, остатки продуктов, личные вещи, в том числе и фотоаппараты. Мы оторвали от бортов лодки все, что было лишнего. Короче говоря, избавились от всего того, что могло помешать нам освободить места для семерых людей. На морское дно ушли вещи, которые стали дорогими для нас и были вместе с нами на всех дорогах войны. У нас не осталось ничего, кроме скромного запаса еды.
После этого мы столкнулись с наибольшими трудностями. Мы попытались подплыть ближе к «Зее Адлеру». Было чудесно, что без этого судна наш «Цандер» легко скользил по воде. Потребовалось немало времени, чтобы на него погрузились еще 7 человек, для чего им пришлось воспользоваться веревкой и спасательными жилетами. После этого мы перегрузили на «Цандер» топливо и воду. Все без исключения трудились энергично, с огоньком. Морская болезнь была на время забыта. Было очень трудно удерживать наш катер на расстоянии от «Зее Адлера», оставаясь на волнах и без движения. Несколько раз возникала серьезная опасность, что «Цандер» перевернется или разобьется о борт «Зее Адлера». Шло время. Наконец наше суденышко стало на 7 человек тяжелее.
Казначей экипажа «Зее Адлера» захватил с собой два плотно набитых вещмешка. Он видел, как мы побросали весь наш багаж в море, чтобы принять его и других его спутников на наш катер. Затем невозмутимо распаковал один из мешков, достал из него деликатесы, которых мы не видели с довоенных времен, и принялся демонстративно уплетать их, никого не угостив. Похоже, что он так и не понял, что вел себя вопиюще бестактно. Я подумал, что если в будущем мой ребенок когда-нибудь спросит меня о том, что такое невоспитанность, то я не особенно погрешу против истины, рассказав историю об этом неприятном жадном казначее.
13:30. Земля! Видим землю!
Все столпились у маленького иллюминатора, пытаясь разглядеть узкую серую полоску вдали, символизировавшую наше спасение. Это означало, что вернется нормальная жизнь, что пришел конец мучениям двух последних кошмарных ночей и не менее кошмарных трех дней.
В эти мгновения было не важно, что это за страна. Главное – земля. Суша. Спасение. Это было самое главное.
После этого мы увидели темные полоски суши и слева и справа от нас. Мы надеялись, что добрались до шведского побережья, и в то же время опасались, что это могла опять быть злосчастная Курляндия. Вдалеке показался маяк.
