Я перестала притворяться спящей и распахнула ресницы. В голове загудело от крови. Золотая пелена неторопливо застилала глаза. Сквозь золотистую дымку я с трудом разглядела черный мужской силуэт и признала в нем дядю.
Секунды две я пыталась присмотреться, но мне плохо удавалось сфокусироваться на чем-то сквозь странный дымок, стирающий очертания привычных вещей. Я зажмурилась, осторожно проморгалась и, слегка приподняв веки, с облегчением обнаружила, что нормальное зрение ко мне, наконец, вернулось.
– Что за странную магию ты ко мне применил? – зло поинтересовалась я у дяди, поднимаясь с ложа.
Раздраженно откинув в сторону меховые покрывала, спустила ноги на пол, и взглянула на Верховного жреца. Эр Наг-Тэ стоял напротив меня, пристально разглядывая. Я невольно поёжилась, но заметив его оценивающий взгляд, спрятала свои эмоции поглубже, гордо вскинула голову и поднялась с постели.
Холод каменных плит мгновенно сковал ступни и начал медленно пробираться выше по телу. Едва сдерживая дрожь, я осмотрела пещеру в поисках своей обуви. Дядя хмыкнул, и передо мной появились сапожки, в которых я уходила из домашнего плена. Я даже не заметила, как он это сделал. Обувь словно их воздуха объявилась передо мной. «Опасно! Опасно!» – завыла привычно внутри меня гиена, и я радостно улыбнулась, услышав ее голос.
От моей улыбки Верховного Жреца перекосило. Заметив это, я улыбнулась еще шире. Грациозно присев на краешек постели, я обулась, расправила складки платья и поднялась, выпрямившись во весь свой маленький, но такой королевский рост.
– Я требую объяснений, – бросила дяде и пошла к столу в поисках питья.
Огибая дядю по дуге, краем глаза наблюдала за его реакцией. Собственно, ничего такого я не ждала, но мало ли. Пребывая в растерянности от происходящего, я ломала голову над тем, как вырваться из пещеры и добраться до мужа. Самое главное сейчас: найти иномирянку и провести радужный обряд, чтобы Гримиум обрел власть над своей ипостасью и сумел одолеть Ананту. Мне совсем не нравились ее намеки в мой адрес и игры с иллюзиями.
Задумавшись, я едва не врезалась в стол. Оглядела содержимое и, демонстративно вздохнув, плеснула себе вина из дядиного кувшину, сама не понимаю почему: рядом стоял графин с моим любимым красным с легкой горчинкой и отменным послевкусием.
