– Тала Шат Мау… Она единственная из нас видела черные оковы бездны на руках вилды, в чьем теле живет Золотой дракон.
– Золотого? – наста черед удивляться служителю местного культа.
– Смею вас заверить, уважаемый, местные жители обознались. Меня ошибочно приняли за наследницу из драконьего рода. Как выяснилось за последние дни: драконов в вашем мире видимо-невидимо.
Монах склонил голову и вновь, как несколько минут назад, качнулся с пяток на носки. Воздух снова откликнулся на его молчаливый призыв, и я почувствовала, как волны чего-то теплого и нежного одновременно и осторожно прикоснулись к каждой клеточке моего тела.
– Иерофанта (3), приветствую тебя на священной земле прародителей, – почтительно склонил голову мужчина, и я почувствовала, как вспыхнули мои щеки от прилившей крови, и отхлынуло от тела нечто, сканирующее его только что.
– Это что еще за зверь такой? – фыркнула я, стремясь скрыть свое раздражение.
«Господи! Родненький наш, земной и понятный! Как же я устала от всего этого бреда! Ну, сделай так, чтобы это был всего лишь странный сон, а? Пусть я прямо сейчас проснулась в машине. И девчонки рядом, и море за окном, и Джубга, и закат! Я не хочу ни драться, ни спасать! Не желаю быть пешкой в чьих-то играх, а теперь еще и какой-то иерофантой! Я хочу, чтоб Наташка очнулась, и мы бы свалили отсюда подобру-поздорову, пока не проснулись все чертовы демоны и богини!»
Так я стояла и молилась, а маг напротив меня улыбался так, словно только что побывал в моих мыслях и ему понятно каждое слово в искренней молитве, вознесенной чужому богу. При этом он пристально разглядывал меня словно диковинку, которую только, что обнаружил на своей книжной полке.
Скосив глаза, я увидела, что если Зерг Гатто Норт, удивившись и приняв как данность мое новое звание, все свое внимание вновь переключил на Наташку, то райн Гримиум застыл изваянием, во все глаза разглядывая меня, любимую. При этом на его лице явственно проступало сомнение, если не в разумности высказывания монаха, то уж в его определении меня это точно. С последним я склонна была согласиться. Какая, к кикиморам, иерофанта (вот словечко – не вздохнуть, не выговорить!)Понять бы – что это и чем лично мне это грозит!
– Так, дамы и господа, леди и джентльмены, – взяв себя в руки, нарочито жестким и раздраженным голосом вернула я всех с небес на землю. – В данный конкретный момент меня интересует лишь одно: что с моей подругой? За каким лешим вызван маг? Что он обнаружил? Почему Наталья в таком состоянии? И как ее из этого ступора вывести?
Маг еще раз склонил голову и перевел взгляд на райна. Чтобы не означало слово «иерофанта», ясно одно: отвечать на мои вопросы без разрешения местного короля никто не собирался. Внутри меня начинало зарождаться бешенство.
Чёрный дракон лениво приподнял голову, радужный слинял от греха по дальше, и только золотой, свернувшись уютным калачиком, спокойно дремал где-то в самом центре солнечного сплетения. Кажется, я начинала не ощущать свои ипостаси, но срастаться с ними всеми нервными окончаниями, нейронами, клетками (из чего там вообще состоит человеческое тело?!)
– Очень большое пожалуйста, – сквозь зубы начала я, но райн меня перебил.
– Прости нас, вилда. О… – Гримиум перебил сам себя. – Прошу прощения, иерофанта, мы несколько растерялись все от того, что выяснил Читающий.
– И что же он выяснил, – я стрельнула взглядом в сторону монаха, который прикрыв глаза, вновь выпустил на свободу странные волны-вибрации.
Серебристые нити, исходящие из Натки и теряющиеся в неведомо где, спокойно реагировали на прикосновение воздушных колебаний. Наташа по-прежнему вела невидимый диалог жестами с кем-то, кого видела и слышала только она. Кто это и где он (она) находится, никто из собравшихся, как я поняла, объяснить не мог. «Даже чертов маг!» – злилась я про себя.
– Начнем сначала, пожалуй, – глубоко вздохнув и вперив холодный взгляд в Гримиума, очень тихо начала я.
Зерг вскинул голову и удивленно глянул в мою сторону. Ноздри его раздулись, словно он учуял невесть что. Северный Дикий сделал шаг вперёд и встал так, чтобы Наташка оказалась между ним и мной. Я опешила от неожиданности: неужели он мог подумать, что я могу нанести какой-нибудь вред своей подруге?! Уперла руки в бока, чтобы высказать все, что я думаю по поводу трех местных неадекватов, и поняла: руки мои стали лапами черного дракона. Вот ведь, паразит, никак не могу с ним совладать!
Закрыла глаза, выпустила воздух из легких, открыла. Оглядела комнату в поисках чего-нибудь тяжелого, или хотя бы того, на что можно присесть, и решительным шагом двинулась к окну, возле которого стоял стул с высокой спинкой, а на подоконнике красовался запотевший графин с чем-то прозрачным.
