Пройдя по перрону мимо выбитых стекол и старых обшарпанных скамеек, мы свернули за здание — самый близкий путь. Подойдя, я подняла ледышку и бросила подальше от берега. Хоть и серо вокруг, но видимость нормальная. Ледышка, позвякивая, отскочила от мерзлой поверхности.
— Видишь, все замерзло. Никто не появится.
— Принеси что-нибудь со станции и разбей лед.
От удивления я чуть не засмеялась. Нашел себе раба! Но вдруг заметила свечение на берегу и торчащие ледяные зубья. Кажется, я такое видела в книгах. Думай, Адалин! Ледяные капканы! Дэну точно понравятся. Отлично! Сам напросился. Сдерживая улыбку, я сказала:
— Ой, смотри-ка! А это что?
— Стой на месте, это капканы, — отрезал Дэн.
Он знал о них, но все же… Шаг. Еще шаг. Щелчок. Попался! Один капкан спрятался под снегом и не светился. Дэн схватился за застрявшую ногу, со всех сторон захваченную льдом.
— Как же так?! — я изобразила удивление. — Кажется, ты попал в капкан! — Хоть совесть немного и мучила. Я не думала, что ему будет так больно. Я просто не хотела делать прорубь.
Достав из рюкзака маленький плоский ледоруб, я подошла ближе и попыталась отколоть лед у основания капкана. Задача оказалась непростой.
— Ты что, всегда эту штуку с собой носишь? — спросил он, скрипя зубами.
— По работе положено. Мало ли, — отозвалась я. — Лучше тебе в академию, ногу лекарю показать.
Сделав еще пару ударов, наконец удалось отделить капкан от основания.
— Доберешься до академии, оставшийся лед там и растает.
— Ты серьезно? Веди меня к себе на станцию, а то отберу деньги.
— Ладно, обопрись на меня, — вздохнула я.
— Совсем хилый. Пополам переломаю.
— Не делай поспешных выводов.
Я подставила ему плечо, и мы отправились к моей комнате на станции.
— Живешь один? — Дэн поднял бровь, оглядывая комнату, как только я его впустила.
— А ты против? — отозвалась я, наблюдая, как он стряхивает снег с рукавов и вешает куртку на крючок, словно давно здесь обосновался.
Он бросил еще один оценивающий взгляд на обстановку, прошел вглубь комнаты и пробормотал себе под нос:
— Неплохо… Все по низшему разряду.
— Тебе ведь не навязываю, — парировала я, следя за тем, как он слегка прихрамывал, осторожно ступая на ту самую ногу, что попала в ледяной капкан, который до сих пор не растаял. Найдя газовую горелку, я установила ее на стул и кивнула на кровать:
— Садись.
— Ну и что дальше? Пассажиры чаевых мало оставили, и ты решил меня поджарить, мелкий прохвост? — фыркнул Дэн, усаживаясь.
— Расслабься, — улыбнулась я. — Я не ем ноги. Только печень. Так что давай, поднимай копыто.
Он недовольно поморщился, но поднял ногу над пламенем и стал наблюдать, как лед понемногу тает, превращаясь в тонкие струйки воды, стекающие на прогнивший деревянный пол.
Сама не поняла, как у меня сорвалось с языка:
— А зачем ты искал ту девицу из академии?
Вопрос прозвучал неожиданно даже для меня, и я тут же прикусила язык. К моему удивлению, в этот раз Дэн не разозлился.
— Хочу отправить ее обратно, — ответил он. — Туда, где ей самое место.
— Почему?
— Потому что… она — угроза. — Дэн молча смотрел на лед, теперь уже почти исчезнувший.
— Угроза? — переспросила я, глядя на него. — Но почему?
— Не твое дело, мелочь. — взгляд Дэна похолодел. — Долго еще? — нетерпеливо спросил он.
Мы больше не нуждались в горелке, но почти физическое желание подразнить Дэна заставило меня солгать. Пусть еще немного посидит с задранной ногой.
— Еще подержи, почти готово.
Снаружи поднялся ветер. Снежные вихри, кружась за выбитыми стеклами, не попадали внутрь, хотя комната, по идее, должна была продуваться насквозь. Это казалось странным, и, кивнув в сторону окна, я спросила:
— А как это вообще работает?
Дэн уставился на меня, его взгляд стал колючим:
— Ты здесь живешь, работаешь и до сих пор не знаешь?
Мне стало не по себе. Как я могла так ляпнуть — и кому? Поисковику! Вот голова дырявая! Спохватившись, я пробормотала первое, что пришло в голову:
— Конечно, знаю. Просто… каждый раз удивляюсь, — добавила, почесав затылок. — Ладно, капкан растаял. Давай, снимай ботинок.
Дэн сбросил ботинок, и я увидела на его щиколотке два огромных синяка. Глядя на эти отметины, я ощутила укол совести. Вытащив из рюкзака старую банку мази из приюта, наконец пригодившуюся, я потянулась, чтобы намазать его ногу.
— Не стоит! — резко бросил он, но я только фыркнула:
— Сиди уж спокойно.
Дэн на миг напрягся, но остался на месте, и я аккуратно обработала синяки. Он продолжал смотреть на меня, и это нервировало.
Закончив, я сходила в зал ожидания и собрала сегодняшние чаевые. Вернувшись, протянула Дэну несколько печенек, и он, приподняв бровь, ухмыльнулся:
— Что, вас тут нормально не кормят?
Я только пожала плечами, скрывая раздражение.
— А где мои денежки? — встрепенулась я, вспоминая об обещанной плате. — Мы ведь договаривались.
— Но мы не встретили озерного духа.
— Но ведь не моя вина, что она не явилась.
Дэн насмешливо фыркнул, продолжая перебирать монеты и словно смакуя каждую. Наконец, он протянул мне несколько.
— Корыстный ты, парень. Ладно, держи. Теперь будешь выполнять для меня мелкие поручения.
