— Гильдейцы? Три сигнала, «эс-ка», предварительно пятерка, тип неизвестен. Рекомендация первыми не лезть.
— Принято, спасибо! — Я повернулся, ища источник звука в небе. Корабли обычно или падают куда попало, или садятся на удобное место. Мы как раз на таком, высоких крыш нет, в редких садах растут довольно крупные деревья, так что на два-три квартала вокруг этот перекресток как раз удобнее всего. Впрочем, не я тут самый умный, зря что ли воткнули бункер?
Корабль вторженцев появился из-за крыш, вися на дрожащих потоках воздуха, вырывающихся из-под днища.
— По нам не выстрелят? Может, отступим в укрытие?
Гильдеец промолчал. Ну, он быстрый, я это знаю. Если что — успеет отскочить. А вот я легкий и лучше бы куда-нибудь спрятаться. Не потому, что я трус, а потому что в летающей штуке размером с одноэтажный дом может оказаться неприятный сюрприз.
Рядом лязгнуло, Латник поднялся и не обращая внимания на нас двинулся вперед. Впрочем, он остановился шагов через десять, достал из-за спины один из мечей и воткнул его перед собой, сложив руки на крестовине и явно показывая, что намерен ждать. Чего? Смотрел он явно мимо корабля, но показывал именно им, не нам же? Значит, это знакомый враг? Вот что он за тип, мог бы сейчас быстро рассказать, что знает по тактике и по вооружению вторженцев!
— Тень.
— Ну?
— Не вмешивайся. Шансов у тебя немного. Это пришли за мной.
— Вторженцы — за тобой?
— Да. Ловчая команда. У них такие же силы, как у меня. И они натренированы убивать таких, как я.
— И что мне теперь, стоять в стороне?
— Можешь вмешаться. Но в мой бой не лезь. Эти пришли именно за мной, символы знакомые.
— Они что, уже были в Олиссе?
Латник не обратил внимания на вопрос:
— Они будут выходить по-одному. Я постараюсь выбить всех.
— Они такие глупые?
— Когда меня убьют, у тебя будет меньше противников. Вообще постарайся до прихода подкрепления не показываться им на глаза.
— Да пошел ты! Мы будем драться вместе!
Он двинул наплечником, показывая свое отношение к сказанному. Висящий корабль плавно развернулся и задев стены опустился поперек улицы. Большой, шагов тридцать в длину и десять в высоту, блестящий металлом, угловатый. И по серому блестящему покрытию крупные знаки незнакомого языка.
— Когда мы этот «бот» доломаем, у мастеров будет праздник. Столько сплавов прилетело!
Латник не шевельнулся. Он стоял все так же сложив руки на крестовине меча.
Шум движителей стал стихать, в стене корабля открылась аппарель. И я уже не удивился тому, что из широкого прохода двинулись удивительно знакомые фигуры. Доспех гильдейца на эти был похож, но как похожа поделка ученика из школьной мастерской на работу опытного ремесленника. Массивные, но разного размера и пропорций, выкрашенные и выцвеченные за счет металлов, с гравировками и странными рисунками.
А еще следы прошлых сражений. Вмятины, зазубрины, тщательно отполированные и начищенные, словно ими гордились и старались показать каждую. Из десятков. Против нас вышел десяток опытных воинов, и если я правильно понял, то каждый из них был не хуже Латника.
Шедший впереди гигант поднял руку. Самый младший из вторженцев, или просто самый маленький, вытащил из спинного зажима длинный массивный шест и с размаха воткнул его в камень мостовой. Хлопок, волна сияния, шум в ушах — и площадь накрыл купол. Очень напоминало эффект служения, но здесь явно что-то другое. Попытавшись определить, что именно, я с неприятным удивлением обнаружил, что мой Дар за пределы купола не достает. Более того, я и «шест» не видел, словно его не было. И совсем плохо было то, что противников я тоже не ощущал.
Пятерка, да? Отрицание Купола, личная сила вторженцев на уровне Одаренного, и все это в сработанной, судя по построению, группе… Можно я с визгом убегу? Нет? Ну и ладно, не очень-то и хотелось.
— Атакуем?
— Жди. Не вмешивайся.
Гигант сделал странное движение, его шлем и часть нагрудника странно разошлись, показывая выбритую голову. Вторженец улыбался, разглядывая гильдейца. Всего, с головы до ног и обратно. Говорить он начал, словно откладывал это удовольствие напоследок.
— Та'ми, надав? Тойо?
— Мэа.
Слов я не понимал и мог лишь судить по интонациям. Лидер вторженцев говорил с Латником весело, но явно издеваясь и даже торжествуя. И они точно были знакомы. Язык незнакомый, напевный, с обилием гласных — но куда грубее эльфийских наречий. Кроме главаря никто шлема не снял, а забрала у них несъемные. И молчат. А еще эта неподвижность — огромные металлические фигуры пугали. Каждый доспех чем-то отличался, плюмажем из перьев или шкурой странного оттенка на наплечнике. У одного на поясе висела голова, отрубленная довольно давно, с ошметками гниющей плоти.
Но в общем все были похожи. Два больших меча за спиной, по здоровенному «стилету» на поясе, схожие очертания набедренников и тумбообразных ног. Если не знать, что внутри самые обычные люди, стоящие распорках и держащиеся за них, то можно принять за сказочных чудовищ.
