Из темноты проступил небольшой мысок, за которым потолок резко снижался, почти прижимаясь к самой воде.
-- Здесь! Без сомненья здесь! - Не сдержавшись, воскликнул Филипп. - Вон и ступени.
То, что они увидели, ступенями назвать было трудно, скорей так, неровности. Но другого пути все равно не было.
Причалили. Оставив ребят возле лодки, Леон с зажженным факелом в руках отправился в разведку. Дорога шла в гору и вскоре привела на небольшую площадку, окруженную глухой стеной. В одном месте, смутно напоминавшем выход, застрял огромный валун.
Сердце, предчувствуя беду, сжалось.
"Западня! Они в страшной западне. Этот камень вовек не сдвинуть! И назад пути нет".
Леон, наклонившись, стал выгребать из-под глыбы мелкую крошку.
Неужели ему показалось, что из образовавшейся щели потянуло сквознячком. Значит, все-же, есть надежда.
Быстро двинулись обратно, к реке за ребятами. С собой взяли только запасные факелы и немного пищи.
Вначале работа продвигалась довольно бойко. Даже Власт, и тот, пытался помогать. Не послушавшись Барреля, взялся за работу и Филипп, но вскоре, разодрав обожженные пальцы в кровь, оставил эту затею и уселся рядом.
Спустя несколько часов упорного труда Барель понял, что их усилия тщетны и присоединился к ребятам, жевавшим сушеную рыбу. Промочил горло вином, тяжко задумался.
Покончив с едой, Филипп, взяв светильник, стал исследовать стену.
-- Барель! Посмотри! Здесь рисунки.
Действительно, вокруг немного выступавшей из стены чаши алтаря, виднелись высеченные в камне шесть знакомых по Рубикону эльфийских символа, а под ней, танцующая в пламени Саламандра. Повинуясь внутреннему чувству, до конца не осознавая, что делает и к чему это приведет, Леон вдавил чашу вглубь.
О чудо! На голову не посыпались камни, не провалился пол - часть стены беззвучно отошла в сторону. Вот он -- путь к свободе.
Дверь открылась в небольшую пещеру. Десяток шагов, и над головой засияли звезды, выглянула почти полная Тая. Где-то рядом заухала ночная птица, рогатый жук, ударившись о факел - недовольно загудел, намекая, что их здесь не особенно ждали.
-- Выбрались! - выдохнул Филипп, а Власт счастливо рассмеялся.
Переночевать решили здесь же, а утром, осмотревшись, двинуться дальше. Куда? Об пока никто не думал. Дети устраивались на ночлег, а Леон трудился в поте лица - переносил сокровища из лодки в пещеру.
Потом, Барель еще добрый час ворочался, никак не мог уснуть. Вспомнив о браслете, вынул его из кармана. Сейчас он больше напоминал ухватившего себя за хвост дракончика с маленькими кроваво-красными рубиновыми глазами. Тихонько щелкнул механизм - и дракончик, разжал зубы, предлагая вставить руку. Леон даже не понял, как браслет захлопнулся на запястье. Попытался было снять. Да куда там! Дракончик и не собирался отпускать нового хозяина.... Или раба?
* * *
Золотистый свет отразился от бронированной чешуи кровавыми бликами. Черный, словно обсидиановый, дракон вытянул шею, и, оскалив пасть, недовольно заревел, выпустив из носа две струи дыма. От его рыка застонала земля, а крылья породили ветер, поднявший в воздух тучи пыли и мелких камней. Запахло серой.
-- Вот он! Смотрите, дети! Их с каждым днем все меньше. С ними уйдет и наша раса. Но пока он полон сил, так что время у вас еще есть. Повезет -- мудрейшие откроют Межзвездную щель...
Отец крепко, до боли, сжал плечо, а сестренка всем хрупким тельцем повисла на руке, впившись взглядом в редкого представителя некогда великого племени. Ее бирюзовые глаза сияли, а кончики слегка заостренных ушей, раздвинув золотистые кудри, вздрагивали.... Неужели это последний? И с его смертью угаснет так ярко сияющая на небе эльфийская звезда?
Дракон, опустившись на скалу, впился в камни когтями, из-под них так и брызнули искры.
Отец, неожиданно покинув укрытие, сделал несколько шагов в сторону, вскочил на валун и замер. Сейчас он походил на мраморную статую.
Дракон повернул в его сторону рогатую голову, впился рубинами глаз. Грудь чудовища вздулась, готовясь выбросить огненный протуберанец.
Отец вкинул вверх правую руку, на которой узкой полоской сверкнул браслет повелителя драконов.
Черный исполин замер, потом послушно склонил голову, приветствуя старшину рода...
* * *
Барель резко сел. В пещере стало светлее. Восходящий Оризис известил мир о рождении нового дня.
Сердце раненой птицей трепыхалось в груди, словно ему там было мало места, рвалось на свободу. Воздух, казавшийся после подземелья сладким и свежим, несмотря на свою прохладу, не мог остудить бушевавшего в ней пламени.
Леону раньше никогда не снились столь яркие сны. Он ощущал, что сам был там, в те древние времена, сжимал руку сестры и видел последнего дракона. Слышал его дыхание и дивился смирению перед браслетом отца.
Леон посмотрел на руку. Да! Это именно тот браслет "Повелитель драконов".
Попытался, было, его снять. Но не тут то было. Хвостатый дракончик, насмешливо поблескивая рубином глаз, буквально врос в тело. И похоже, сменит владельца только после его смерти.
